Одна ночь – Две тайны

Эти люди наркоторговцы! Барыги, одним словом! А ты была с ними заодно! Тебя ведь могла полиция выловить! И знаешь, что в таком случае тебе бы светило? Десятка, как минимум! Десять лет коту под хвост за две тысячи рублей! Ты головой-то хоть немного думай!

Сегодня я иду на рекорды. Сроду столько слов за один присест не говорил. А тут разошелся.

Ну так вывела! Как можно быть такой безголовой дурехой?

Света тут же в угол забивается. Подбородок дрожит, глаза на мокром месте становятся. Она голову роняет на грудь.

Делает вид, что из-под ногтей грязь выковыривает. И тихо всхлипывает, как мышка.

– Я не знала, – гундосит она. – Они говорили, что это безопасно. Ни один закон мною не будет нарушен.

– Один,  – уже более спокойно отчитываю. – И так уж вышло, что в нашей стране, практически ничто так не карается, как то, чем ты занималась.

Света берега совсем попутала.

Вместо того, чтобы трястись, поджав хвост, как это делала раньше, она скидывает на пол свои "хлебобулочные", напрягает "ягодичные" и отстегивает ремень безопасности.

Привстает из кресла и кидается на меня с объятиями.

– Я правда не знала, – ревет она мне прямо в ухо так, что барабанная перепонка дребезжит и надрывается. – Боже, что бы было вообще, если меня поймали?

Тело все деревенеет. Я лишь свою тяжеленную руку приподнимаю. Смотрю на то, как она зависает в воздухе над Светиной "светлой" головой с растрепанной шевелюрой.

Раз, два, три. Пять секунд проходит, пока я не опускаю ладонь на спину молодухи.

Поглаживаю.

– Тише. Все хорошо, – говорю тихо, насколько это возможно, но один фиг не получается. Годзилла ещё шептать не научился. – Сейчас ты уже в безопасности. Больше ты в беду не попадешь.

– Как я могу вам верить? – плачет она, слезы скатываются на рукав моей рубашки. – Они мне говорили то же самое, а теперь… Теперь я осталась без документов! У меня ничего не осталось, кроме жалкой буханки хлеба, которая и та мне по факту не принадлежит.

– У тебя теперь есть я.

Тебе придется поверить мне. Придется, если хочешь вернуть себе все, что когда-то было твоим.

Она корпусом от меня отстраняется, глазами хлоп-хлоп. А руки от шеи не убирает. Девичьи ладони приятно массируют тугие мышцы.

До ползущей дрожи. До чего-то горячего и трепещущего.

– Вы что же, мой ангел-хранитель?

Чуть было не рассмеялся в голосину.

Прочищаю горло и с серьезным видом принимаю её слова за комплимент.

– Я далеко не ангел.