Тайная семья босса

Если раньше мне казалось, что он изменился до неузнаваемости, нарочно блокируя все воспоминания обо мне и моей беременности, то теперь я начинаю сомневаться в себе.

А не выдумала ли я его?

Каким бы черствым и бессердечным человек ни был, он не стал бы добровольно лезть в те же сети, откуда смог выпутаться. Не стал бы преднамеренно сближаться с той, от кого отказался. А, видя в моей дочери схожие с ним черты, не смог бы устоять, чтобы не поинтересоваться о том, куда я потратила те деньги, что он перечислил мне на аборт.

Не смог бы, пускай даже если для него это просто дурацкий спектакль.

Мой Влад, которого я знала, точно не смог бы, несмотря на его выбор, который оказался не в мою пользу…

А что за человек так хладнокровно пользуется нашим доверием, втаптывая его в грязь, я понятия не имею.

Не знаю стоит ли вообще ему доверять…

Решено.

Поутру, когда у нас еще будет время до прибытия гостей, я постараюсь вывести Влада на чистую воду.

Если потребуется, то нарушу обет молчания, но дорвусь до настоящей причины, по которой он бросил нас.

Я узнаю, невзирая на боль, которую он может мне причинить, потому что больнее, чем он сделал мне шесть лет назад, он уже сделать не сможет.

8. Среди ночи…

Ужинаем мы с Владом по отдельности: он на кухне, мы с дочкой подальше от него – в гостиной, после чего к нам приезжает целый грузовик с вещами из съемной квартиры.

Этого добра должно вполне хватить для того, чтобы искусственно создать семейную атмосферу.

Если убрать за скобки некоторые нюансы вроде холодильника, в котором мышь повесилась, и отсутствие принадлежностей для ванны, можно подумать, что в этом доме действительно проживает ни в чем не нуждающаяся семья.

Далее я осуществляю еще парочку заказов, оформляю "родительскую" спальню и ванную комнату, раскладываю привезенные продукты в холодильник.

В общем верчусь как бешеная белка в колесе, а Влад тем временем оформляет доставку и сборку детской мебели. Мужчины в рабочих комбинезонах устанавливают ее в свободной комнате, которую Влад выделил "нашей" дочери в качестве детской на момент приезда новоиспеченного дедушки.

Счастью Алисы нет конца и края. В ее больших ореховых глазах, обрамленных длинными темными ресницами, застыли восторг и признательность по отношению к папаше. Особенно если учесть, что эту дорогущую мебель мы вправе забрать в свою новую квартиру, щедро преподнесенную Владом… пока что только на бумаге.

Вся эта суматоха стихает ближе к полуночи.