Пленница лунного эльфа

 – Я что, должна учить взрослого мужика целоваться?

– Боюсь, что да, – вздохнул мой собеседник. – Здесь подобное – норма. А я – исключение.

И куда ж меня занесло-то? Мир нецелованных блондинов…

Я скорбно вздохнула, а вампир рассмеялся. Точно, он же телепат.

– Видишь ли, в этом мире красавцы только мужчины. А женщины, как это ни прискорбно, уродливы. Это результат одного древнего проклятия. Спросишь потом у Кайсентиэля – он тебе всё подробно расскажет. А пока что просто поверь мне на слово, что местные женщины имеют весьма специфическую внешность и деформированную форму челюстей, как у кривозубых бульдогов.

Многие бедняжки из-за этого даже не в состоянии закрыть рот. Поэтому на этой планете никто не целуется уже несколько сотен лет. А я, как древний кровосос, ещё помню былые времена, – вздохнул он.

– Может, для лечения такого генетического уродства можно создать какое-то лекарство? – оптимистично предположила я.

– Думаешь, я не пытался? – мрачно усмехнулся вампир. – Бесполезно. Всё дело в магии.

Просто надо найти способ разрушить заклятие, но в этом я пока тоже не преуспел. Ты даже не представляешь свою ценность для этого мира, Лекси! – тихо добавил он.

– Ясно… – потрясённо пробормотала я. – Ну, продолжай излагать свои доводы, по которым ты хочешь от меня избавиться.

– Две причины я уже назвал. Третья заключается в том, что теперь тебе жизненно необходим секс с Кайсентиэлем. Как воздух, вода, еда и сон. Это один из эффектов магической привязки, Лекси. Не переспишь с ним хотя бы раз в неделю – заболеешь.

Чем дальше, тем сильнее, вплоть до летального исхода. Ну а я, в свою очередь, не привык делиться своими женщинами с кем бы то ни было. Я против твоих перебежек из моей постели в чужую, – Ли был беспощадно откровенен.

– Это все причины? – горло судорожно сжалось, и я с трудом выдавила из себя этот вопрос. Я же всего ничего знаю этого вампира, но почему же мне так горько?

– Нет, – с неохотой отозвался Ли. – Есть ещё одна…

– Излагай, – потребовала я.

– Я не планировал ласкать тебя, – заявил император таким тоном, будто бы речь шла о национальной трагедии.

 – Я должен был ограничиться лишь поцелуем.

– Значит, четвёртая причина заключается в?.. – выжидательно уставилась я на него, силясь постичь причину подобной драматизации.

– В том, что я потерял контроль. А это недопустимо. Рядом с тобой мой мозг отключается, и это слишком опасно, Лекси. Тебе лучше не знать, в какое чудовище я превращаюсь, если выпью человеческую кровь.