Любопытство

Хотя стоит заметить, что это всё же был не самый яркий секс в моей жизни.

Илья не спешил вставать с дивана. Там за дверью была другая жизнь. Изведанная и однообразная. Там остались наши супруги, дети и порядочность. Я смотрела на него, пытаясь угадать, о чём он думает. Жалеет ли. Думает ли о жене.

– У меня никогда не было такого страстного секса, – признался Илья, проведя указательным пальцем по моему плечу.

– У меня тоже. – И это я поскромничала. В ту ночь с Ильёй я испытала настоящий вагинальный оргазм.

Конечно, Илья понял это по судорогам. Такого с мужем у меня ещё не было. И до недавнего времени я бы и не подозревала о такой замечательной опции в моём организме. Свой первый оргазм я испытала в самый страшный и одновременно прекрасный момент в моей жизни.

– Саш, я вообще плохо соображаю, что происходит. Мне просто хорошо здесь и сейчас с тобой.

Я расплылась в улыбке. Люблю комплименты. А ещё люблю, когда меня вожделеют. Я нежно прошлась подушечками пальцев по его груди, животу, а когда опустилась ниже, то меня ждала приятная неожиданность.

Мы очухались под утро. Это так странно – встречать лучи восходящего солнца в обнимку с любовником. А через стенку от нас мирно спали законные олени. Мне захотелось срочно записать свои мысли. Я вылезла из объятий Ильи и уселась за свой рабочий стол. Через несколько минут Илья сонно спросил.

– Ты уже работаешь? В такую рань?

– Ага. Надо писать, пока прёт. Такое нечасто бывает, – бросила я, не глядя на него.

Мне почему-то хотелось, чтобы он оделся. При утреннем свете его голое тело уже не казалось мне таким сексуальным. Дряблое брюхо и волосатые ноги вряд ли могли у кого-то вызвать романтические чувства. По крайней мере, мне было неприятно. Свою страсть я удовлетворила, оргазм получила, так что…

– Пойду посплю немного, – с этими словами Илья вышел из комнаты и осторожно прикрыл дверь.

Я откинулась на спинку стула. Что же я натворила.

В какую же жопу сама себе затащила. Странно, но эти мысли не пугали меня, скорее вызывали на лице глупую улыбку и давно забытое чувство нарушения запретов. Так было с мамой.

В детстве мне постоянно всё запрещали. А я делала вид, что слушаюсь, но сама тайком шла против маминой системы. Тогда мне было намного страшнее, чем сейчас. Одна только мысль о том, что мама узнает о моих проступках, вгоняла меня в ужас. А ведь такое случалось.