В тишине твоих шагов

– Какого черта ты здесь делаешь? – процедил он сквозь зубы, хватая меня за рукав. Он был в бешенстве.

– Ты за мной следил?! – прошептала я, нахмурив брови.

– Что?! – он еще сильнее потянул меня за рукав.

– Прости, но я не могла сидеть сложа руки. – Я постаралась аккуратно освободиться от его хватки.

– И поэтому ты нарушила все законы, какие возможно? – Он наклонился к моему уху. – Лейтенант Патракова, значит? Да ты чокнутая на полголовы! Как можно шариться по рынкам, представляясь представителем закона? Ты хоть понимаешь, что дискредитируешь своего брата, когда суешься к предполагаемым свидетелям по делу об убийстве?! Они заявят на тебя, и всё.

Какого, мать твою, хрена ты путаешься в ногах у следствия?

Закончив фразу, он посмотрел мне прямо в глаза.

Запах его одеколона ударил в нос. Опять этот дурманящий аромат, от которого подгибаются коленки. Захотелось притянуть его лицо к себе и коснуться губами. Но я просто смотрела. Можно было рассмотреть каждую черточку и морщинку на коже.

Его дыхание было прерывистым, глаза потемнели. Манящее зрелище.

– Прости, но насколько продвинулось следствие за эти дни?! – я боролась с собой, пытаясь оставаться невозмутимой и спокойной.

– Ты просто глупая девчонка, которая совершает идиотские поступки. Подвергаешь себя опасности, подставляешь меня. Тебя здесь быть не должно. Чуть всё не испортила! Тебе не пять лет, ты должна понимать, что это не игрушки. Займись своей работой, а мою – оставь мне.

Я делаю всё, чтобы выяснить обстоятельства этого дела. Если твоему брату будут предъявлены официальные обвинения, ты первая об этом узнаешь. В деталях! Мы все ждем, когда он очнется и сможет дать показания.

– Что-нибудь выпьете? Чай? Кофе? Что-то покрепче? – Закончив разговор, Усик отбросил телефон и уставился на нас.

Брюнетка встала и, покачивая бедрами, отправилась к бару, чтобы изящной тонкой ручкой наполнить свой бокал шампанским.

– Вы знаете Марию Яковлеву? – Сергей сразу перешел к делу.

Самодовольная улыбка на секунду исчезла с лица Усика, но тут же появилась снова. Казалось, вопрос испугал его.

– Дайте-ка подумаю…

От меня не укрылось, какой возмущенный взгляд бросила в его сторону брюнетка, резко обернувшись.

– Знаете? – повысил тон Донских.

– Да… – замялся Усик, – старая знакомая, эти отношения давно в прошлом.

– Три дня назад её убили.