Учебники Судьбы. Остров Отчаяния

Видать, с меня за книгу вычет будет из зарплаты, да, Клавдия Петровна?

– У вас рабочий день закончился. Идите домой спокойно и отдыхайте. Не волнуйтесь, я во всём разберусь и никаких вычетов с вас не потребую. Но впредь, конечно, будьте бдительны!

– Спасибо вам, Клавдия Петровна. Бог вам в помощь. И не переживайте: буду всех проверять теперь. Ну, побежали мы. Мишеньке ещё в парикмахерскую надо успеть до шести, пока не закрылась.

Под возмущённые возгласы сына дверь сильно хлопнула, но свет в читальном зале продолжал гореть.

Цокот каблуков и нытьё ребёнка, требующего подарок, слышны были и через стену. Но вот они стихли, а свет всё горел и тишина кричала о чём-то безумно страшном.

Почему же заведующая не уходит?!

– Вот ты и пришла, Маша, – раздался знакомый голос. – Я же говорила, что мы встретимся. Думаю, теперь у тебя сомнений не осталось. Жду тебя внизу, у парадного входа.

Машка опустила руку с томом Дефо и удивлённо пялилась на ту самую женщину, из-за которой не так давно приняла решение не возвращаться больше на любимую вышку.

Испытание

Трюм

В трюме парусного судна почти одновременно очнулись от искусственного сна сорок восемь подростков. Сначала они все как один пробовали на разные лады проверить достоверность реальности: кто-то больно щипал себя, кто-то тёр до искр глаза, кто-то проводил ладонями по шершавой поверхности дощатых стен, кто-то вслушивался в шум моря где-то там, за бортом, а кто-то проверял пульс.

Спустя три-четыре минуты в трюме воцарился хаос.

– I want to go home!

– ????!

– Dem stimme ich nicht zu!

– Уж лучше обратно в детдом!

– j'ai peur…

– Lokhu kungamampunge.

– Dette er ikke normalt.

– Дахин хууран мэхлэлт.

– Czy ktos tu mоwi po polsku?

Все кричали, в беспомощности глядя друг на друга, пока пол под ногами то поднимался, то опускался, как в воздушном аттракционе. Все кричали, глядя в человеческие лица разных оттенков и форм, но не находили ответов, словно кричали в живую пустоту.

В панике стучали кулаками по бочкам, рвали волосы, катались по полу, кидались на стены. Никто в стране глухих не приходил на зов о помощи.

И тогда от Созидания и Хаоса родилось молчание.

Подростки стали вглядываться друг в друга, осматривать трюм, поднимать случайные вещи, запоминать детали.

Почти одновременно они обнаружили мужчину в серой рясе в дальнем углу трюма. Он молчал и, скрестив руки, из-под широкого капюшона наблюдал за всеми.