Учебники Судьбы. Остров Отчаяния

А как ещё? Если не помнишь родителей, если все вокруг воруют, лгут и предают, если лучшая жизнь и лучшие друзья только в книгах, если самому порой приходится делать вещи, за которые потом становится стыдно…

Как ещё?

Конечно, были и те, кто убегал из детдома, но рано или поздно они возвращались. Их или не принимали Миши и Димы с их мамашами, или ловили мусора, или они сильно скучали по месту, где обязательно накормят, хоть и бьют. Если разобраться, то бьют-то везде…

Сашку Рябого приютили, но он сам обратно сбежал в детдом.

А ведь приличная семья взяла. Говорит, жёстко с ним обращались: били мордой об стол, если двойку в школе получал; одежду разрешали носить только ту, что позволено у них, свинины так Санёк вообще не видел год и молился по три раза в день. Да кто от такой жизни не сбежит?

Вернулся Рябой, сам прибежал и на коленях просил Нинку взять его назад, но та милицию вызвала. Так и живёт, наверное, до сих пор Санёк где-то там у себя, нелюбимый, непринятый.

Вот Юрка и приучался жить здесь и сейчас.

Потому что где-то там может быть даже хуже.

Он же не Миша и не Дима.

Он Юрка. Своих родителей он даже и не знал. В том мире ему места нет. Расти надо здесь.

Вот и стал он Кактусом. Ведь кактусы приспосабливаются к климату и выживают, потому что хотят жить.

Ненужная Машка

– И в этот прекрасный праздничный день так приятно видеть ваши улыбки, – говорила Тамара Трофимовна, заместительница директора, которой на самом деле приятно было видеть в жизни только одно: как подчиняются её правилам.

И, конечно, она сама не знала, откуда их взяла и почему эти правила нужны.

А насчёт улыбок…

Если она видела во время перемены, как дети улыбаются, тут же хмурилась: школьники явно над ней смеются или недавно сделали какую-нибудь подлость, а она её ещё не заметила последствий!

Сейчас же Тамара Трофимовна лгала для красоты момента.

Как делают все люди в мире, по мнению Машки.

Про родителей и говорить нечего. Стоит только обернуться и оценить их внешний вид сегодня – просто шикарная идеальная пара.

Красавица мама стоит под ручку с мускулистым высоким папой, оба одетые, как на праздник, глядят и не наглядятся на дочь, затерявшуюся где-то в массе средней школы, болтливой и беспечной.

– Наша школа открывает свой тридцать восьмой, скажем так, сезон, и бу-бу-бу, но бу-бу-бу, а если бу-бу-бу, то бу-бу-бушечки, – говорил директор, как всегда невнятно, но очень патриотично.