Учебники Судьбы. Остров Отчаяния

Как и было в книге…

Роб ждал классического «Я же говорила», и он бы вытерпел, лишь бы не чувствовать вины…

Почему же он ощущал её именно сейчас? Было бы лучше, если б он выиграл спор? Должны, что ли, погибнуть эти двенадцать детей, чтобы Роб не чувствовал ответственности за своё решение оставить корабль и плыть на шлюпке?

Нет, конечно, Роб не мог так подумать. Они выбирали сами, они всё выбирали сами, ведь он дал им право.

Роба словно прожёг взгляд Хёджина, и во взгляде читалось: «Вот что значит быть капитаном, Роб.

Если бы ты приказал всем идти за тобой, ты бы не убивался так сейчас».

«Нет, – мысленно ответил ему Роб. Или же себе. – Если бы я не оставил им выбора, я был бы виноват ещё и в их гибели. Вдвойне».

Замыкали шествие те два Смотрителя, которые, видимо, и оставались на корабле. Они зашли и закрыли ворота в лагерь. Теперь не выбраться никому: частокол слишком высок, чтобы попробовать перелезть, даже встав друг другу на плечи.

– Сейчас начнётся, – запаниковала Кристина.

 – Я не буду овечкой – я не позволю себя связать. Ребята, их только четверо. Будем кусаться, лягаться и бить всем, чем можно!

– Вам нужно выбрать главного, – будто не слыша воинственных слов девчонки, загробным голосом пробасил Смотритель, стоящий возле первого стула с привязанными пленниками. – Вам нужно сделать это прямо сейчас.

Голос не предполагал возражений – его слушали все, и не помышляя перебивать.

Внезапно прекратился ливень. Ветер стал тише, тучи таяли на глазах. В жарком климате, как здесь, можно было надеяться на то, что одежда и обувь быстро высохнут прямо на теле и завтра не проснёшься, страдая от ломоты в спине и кашля.

– На выборы две минуты. Пока идёт первая, вы уже решаете каждый для себя, кто будет отвечать за всю группу. Когда начнётся вторая, вы пальцем укажете на того, кого считаете лидером. Менять решение нельзя. Если вы передвинете руку, ваш голос не будет засчитан.

Смотритель говорил по-английски. В течение первой минуты сообщение переводилось остальным.

Кто же владел языком, уже взглядами искал достойных кандидатов.

– Итак, голосуйте!

Указательные пальцы, подобно револьверам, выстрелили в нужных направлениях и застыли. Роб увидел себя, окружённым десятками устремивших на него пальцы подростков, как будто учителю сдали провинившегося недотёпу. Вот только смысл здесь заложен иной, отчего Роб ощутил прилив сил и оптимизма: его выбрали, его уважают. Сам-то Роб направил палец на Кристину.