С точки зрения зеркала

Меня уже не удивляет, что никто из посетителей не спрашивает, а что здесь было до того, как в стильной раме прописалась нищая пустота, ведь для чего-то была создана эта роскошная рама, так куда же подевалось её содержание? Думаю, все смутно ощущают незримый флёр разразившейся здесь беды, и инстинктивно опасаются стать причиной чьей-то печали.

Я прихожу сюда, в зал Высокого Рококо только по вторникам. Я потратил несколько лет подряд в безуспешных попытках отыскать обещанную мне женщину среди всех остальных посетителей музея.

Для этого я даже составил график посещений музея по дням недели и по часам. Расчет был предельно простым: трижды подряд, чтобы упразднить любую случайность, которая может помешать ей прийти в музей в оптимальное, для нее, время, я приходил в музей в определенный день и в определенный час с единственной целью застать ее у зеркала. Я готов был отдать всё, что меня есть, чтобы только увидеть ее, переступающую через порог входа, доступного лишь нам двоим.

Поначалу, я надеялся застать ее врасплох в случайно выбранный час случайно выбранного дня.

Все было тщетно. Лишь значительно позже, годы спустя, я понял: встреча, намеченная в конкретном месте, не может состояться в случайное время и в случайных обстоятельствах. В любом другом месте она просто невозможна. И когда я, наконец, понял это, я перестал ждать ее у зеркала, в расчете на то, что ее присутствие поможет мне стать храбрее, и тогда я смогу позволить себе взять ее за руку и сказать: «Да, это я! Да, я готов сделать первый шаг… Туда… Только давай сначала пожелаем друг другу счастливого пути?. .»

Когда я впервые пришел сюда, и увидел, и сразу всё понял, то, разумеется, с самым невинным видом спросил у хранительницы зала причину зияющей пустоты.

– Я вижу вас довольно часто в этом зале. Коллекционируете античную резьбу по дереву с позолотой? Вырезаете сами?

– Нет, для первого вашего предположения у меня, явно, недостаточно материальных средств. Со вторым предположением всё обстоит еще проще: я недостаточно талантлив.

Вероятно, меня можно назвать любителем несозданного прекрасного, если вас такое определение не покоробит!

Она рассмеялась, сказала:

– Ну, что вы, мне нравится встречать знакомые лица. Не скрою, когда я вижу людей, которые приходят сюда вновь и вновь, я понимаю, что в моей работе есть какой-то смысл.

– Вот уж поистине нежданное для меня признание!

И впервые за все долгие годы, холодок догадки пробежал по моей спине.