Злоборцы

Великаны вполне могли основать колонию, – мечтательно вздохнул Кир, предчувствуя встречу с неведомым. – Предлагаю следовать за белым кроликом в волшебную страну!

Благо, тропку за собой зайчик оставил заметную.

***

Следы привели к невысокой плетёной изгороди, окаймлявшей одноэтажный обветшалый дом. Из печной трубы валил дым, на пороге сидела уставшая бабка, её мотыга валялась перед рядком ещё не окученных томатов. Хозяйка, красная от жары и труда, отирала пот со лба оторванным рукавом старой рубахи.

Другой рукой держала жбан с водой. Из окна хибары на мир смотрела мутная физиономия. Вдоль стены рядком сидело около десятка чудо-зайцев, скрываясь от солнца в тени нависавшей крыши.

– Непохоже на страну великанов. – Мамс покачал головой. – Люди обычные. Дома обычные. Зайцы жируют, видно.

– Тишина, идиллия. Нам здесь делать нечего. – Казион картинно зевнул.

– Здравствуйте, сударыня! – Кир будто и не слышал его. Окрикнул женщину через забор. Та всполошилась, схватила мотыгу и встала в боевую стойку.

– Чего надо? Кто такие? – грубо обратилась она к трём чужакам.

– Мы известные всему свету злоборцы, – привычно представился Кир.

– Пошло-поехало, – вымученно протянул Мамс. – Неприятности начинаются…

– Перед вами, сударыня, Кир, благородный рыцарь. Безмерно рад встрече около вашей гостеприимной обители. Моё прошлое окутано тайной. Говорят, птицы на миг перестали летать в день, когда я был рождён…

– Ага, пингвины, – добавил Мамс.

– За моей спиной шепчутся о ратных подвигах спутники. Непобедимый Мамс, бывший гладиатор, возглавивший восстание Спартака, – нёс околесицу Кир в отместку за пингвинов. – И беспощадный маг Казион, по прозвищу Бычий сын. Беспощадный к тем, кто спрашивает, откуда взялось его прозвище.

Кир выложился по полной.

– Рикки! – осторожно позвала женщина, не спуская глаз с незваных гостей. – Сынок, выйди на минутку! Тут к тебе… или за тобой… Люди, сынок, пришли!

Из дома блуждающей походкой вышел оконный смотритель, обладатель мутной физиономии, и двинулся на незнакомцев, вперив в них налитые кровью глаза.

Но двигался не прямым путём, а обходным – зигзагами: то вправо мотнёт, то влево. В руке, как приклеенный, висел топор.

– Чё надо? – он сделал усилие приподнять топор в воздухе для пущего устрашения, но тот неожиданно выпал из рук. Впрочем, Рикки остался доволен и осклабился.