Юра

По Левашовскому проспекту,

Гуляет мартовская ночь,

Елена отдана аспекту,

Что невозможно превозмочь,

Намёк на лёгкое волненье

И непонятное веселье:

Ужели сердце что-то ждёт?

Решила кстати, что идёт

Немного Кареву смущенье.

Немного шарма придаёт.

А снег метёт ещё сильнее,

Горячий остужая лоб,

Она бежит, бежит быстрее,

Скользит и падает в сугроб.

Ребёнок словно непослушный,

Она смеётся простодушно,

Раскинув варежки лежит.

Вокруг неё метель кружит,

Неоновым играет светом,

Переливается, дрожит.

Над ней непрочность небосвода,

Непроницаемость, туман,

Снежинок так на небе много,

Как будто воздух ими ткан.

Её баюкает уныло

Метели вальс и ветер стылый.

Снежинки в воздухе белы,

Кругом они и лишь они.

Решила Лена отчего-то:

«Ещё не скоро до весны.

Как хорошо, легко и славно

Девчонку заметает снег,

Когда-то в детстве так лежала:

Вот я была, а вот уж нет.

Мне эта ночь наверно снится,

Могу ли снова я влюбиться,

В мечтах прекрасных вновь летать,

Из-за кого-то вновь не спать

И ждать с тревогой новой встречи,

Разубеждаться и страдать?

Но буду ли тому я рада,

Иль обожгусь как от огня?

Всё это глупо и неправда,

Ловушка или западня.

Но всё-таки прекрасны руки,

Глаза не знающие скуки,

Азарт его и детский пыл.

Наверно Карев позабыл

Со мною лёгкое знакомство,

Лишь только дверь плотней закрыл.

Права ли я в своей рацеи,

(Сужденье, вывод и т. д.)

Ему работа панацея,

К другим он строг и строг к себе.

Для женщин ум его опасен

И за работой он прекрасен».

С собою диалог ведя,

Чудесным Карева найдя,

Она профессоршей быть хочет,

Порог разумный перейдя.

Пускай сюжет волнует жадно,

Но лишь к подъезду подойдя,

Она решает, что не надо

Вести так ветрено себя:

«Зачем от мужа я взбешённо,

Сюда сбежала отрешённо,

От чувств надеясь отдохнуть?

Зачем опять тревожат грудь

Надежда, радость и желанье!

С ума сойду когда-нибудь».

Пытаясь гнать, как ей казалось,

Подальше смелых мыслей рой,

Она всё больше увлекалась,

Уже не властна над собой.

Была не в силах скрыть волненье,

И признавалась откровенно,

Что к Кареву её звало.

С ним было просто и легко,

А значит сердце молодое

Любить хотело и могло.