Юра

То, что казалось раньше глупым,

Что представлялось баловством,

Теперь слюбилось почему-то,

И принималось так легко.

Не редко в модном ресторане

С супругом до курантов ранних

Её вы можете застать.

Друзьям при встрече не узнать

Свою холодную подругу,

Что так любила помечтать.

Она забросила романы,

Ей скучно Малларме читать,

Витиеватый и туманный,

Он не способен увлекать.

К невзгодам прошлым относилась

Теперь иначе. Согласилась,

Что слишком правильной была.

Хотя, исправившись, она,

Индифферентность к Мураками,

Простить супругу не могла.

Судьба Елену наградила,

И прежней жизни строгий пост,

Она порядком искупила,

Когда нежданно встал вопрос:

Об этом ли она мечтала,

О том ли с мамой тосковала?

Ответом был глубокий вздох.

Она припомнила – не плох,

В кино был вечер одинокий.

Неужто брак её – подлог?

И вот стал скучен блеск нарядов,

И горьким стал Бийо-Симон,

Теперь казался заурядным

Любимый некогда салон.

Она всё чаще вспоминала

Места где счастлива бывала,

Где наслаждалась тишиной,

Где город только ей одной

Принадлежал и улыбался,

Где он наполнен был весной.

Она побыть решает дома,

Не весел вечер для неё,

Она желает томик скромный

Прочесть Гильома де Машо.

Каприз дурной Елену гложет,

Она смирить его не может,

И чувствует, что не права.

Ей ссора с мужем не мила,

Но говорит: «Останусь дома,

Машо отставлю чёрта с два».

Муж возразил, – Нас ждут, и глупо,

Экстравагантно и смешно, —

Елена соглашалась скупо,

И повторяла: «Всё равно».

Он подшутил над ней несмело,

Она в отместку: «Надоело».

Бросая книгу на софу,

Такой ответ даёт ему,

Что Павел понял с изумленьем,

Как плохо знал свою жену.

Размолвки вовсе не желая,

Он целый вечер рядом был,

Её капризу потакая,

Обиду молча он сокрыл.

Но вдруг почувствовал – далёкий

Он стал для Лены одинокой,

И как вести себя не знал.

Сев рядом с нею на диван,

Он две главы из книги скучной

Ей в этот вечер прочитал.

Их дальше ждали треволненья,

Снедая душу изнутри,

Копились злость и возмущенье,

Что очень вредно для семьи.

Он умолял: «Чего нам мало?»

Она в ответ ему молчала.

Он дверью хлопал и один,

Своим желаньям господин,

Бежал «…побыть средь пошлых женщин,

И средь порядочных мужчин».