Охотник и вампирша

Когти на пальцах этой руки были почти такие же, как и ее собственные.

Лисандра холодно усмехнулась.

Для нее это пока еще ничего не значило. Вот лицо…

Она его увидела. Лицо соперника появилось над краем люка, его глаза уставились на вампиршу. И та настолько потеряла самообладание, что едва не закричала.

Это было лицо охотника. Того самого, которого она больше месяца назад хотела превратить в вампира. И убила.

10

Младший маг с размаху ударил себя ладонью по затылку.

Он чувствовал себя идиотом.

Абсолютным, законченным – пробы негде ставить – дебилом. Как еще можно назвать человека, умудрившегося сделать такую ошибку?

Младший маг представил, как через три дня будет смеяться водяник, и застонал от ярости. Кстати, окажись он на месте водяника – тоже бы смеялся. Ужасным, просто гомерическим смехом.

Как еще может смеяться тот, кто положил себе в карман пятьдесят процентов чужих доходов? Только так и никак иначе.

Младший маг снова ударил себя по затылку ладонью и, сойдя с дороги, сел на полянку, сплошь заросшую голубой травой.

Нет, в таком состоянии идти куда-либо не имело смысла. Прежде всего он должен был успокоиться. И попытаться найти выход, при котором он, исполнив поручение первого лендлорда, сохранит свои деньги.

Рассеянно глядя на больших, размером с ладонь, бабочек, кружившихся у него над головой, младший маг скороговоркой произнес формулу успокоения.

С третьего раза она подействовала.

Чувствуя, что успокаивается, младший маг лег на спину и стал смотреть в небо.

Оно было, как и положено, необыкновенно синим и бездонным. Солнце ощутимо пригревало. Над горизонтом висело облачко, смахивающее на большого птеродактиля.

С дороги доносился скрип колес и тяжелая поступь игуанодона. Видимо, какой-то крестьянин ехал в город.

Этим нельзя было не воспользоваться.

Младший маг неторопливо встал и пошел к дороге.

Он не ошибся. Это и в самом деле была крестьянская телега. Запряжен в нее был карликовый игуанодон.

Возница, пожилой дядька с длинными висячими усами и сонным выражением лица, поднял кнут и, слегка помедлив, хлопнул им в воздухе. Очевидно, хлопок кнута должен был заставить игуанодона бежать быстрее. Впрочем, огромный ящер, похоже, не обратил на него ни малейшего внимания. Бежал себе и бежал, равномерно переставляя огромные мосластые ноги, покачивая длинной шеей, равномерно пережевывая свою извечную жвачку.

Младший маг вышел на дорогу и поднял руку.