Охотник на магов

Быстро и четко каре их превратилось в полукруг, центром которого оказалась колонна, за которой прятался охотник.

Сделав вид, будто не заметил этих перемещений, Герхард пожал плечами.

– Стрелять из пистолета? Только, в самом крайнем случае. И никак не иначе. Я воюю только тогда, когда этого избежать никак нельзя. Ты же не хочешь войны, не так ли?

– Возможно, – промолвил бог. – Хотя пути богов, как известно, неисповедимы.

– Для богов такое оружие, как пистолет, не представляет ни малейшей опасности, – сказал Герхард.

 – Не так ли?

Бог хмыкнул.

– А ты неглуп. Хочешь сказать, что если я начну с тобой схватку, то это будет равнозначно признанию моей неполной божественной сущности? Неужели ты хочешь купить меня на такую жалкую приманку?

– Вполне возможно, – сказал Герхард.

Отступать он не собирался, поскольку все еще надеялся выиграть в этой словесной схватке. Да и поздно уже было отступать. Если он сейчас даст слабину, то распишется в собственной трусости. А у небожителей есть одна общая с обычными людьми черта.

Они уважают мужественных противников.

– Ты забыл о такой вещи, как необъяснимость божественных поступков. Что бы я ни сотворил, последователи всегда сумеют объяснить любой мой поступок благими намереньями. Не так ли?

– Конечно так, – согласился Герхард. – Но если поступок божества допускает несколько толкований, всегда найдутся адепты, в душах которых поселится сомнение. А сомнение – такое семя, которое не требует дополнительных удобрений.

Оно их находит само и неизбежно прорастает деревом неверия. Не так ли?

Бог засмеялся.

– Вернее всего, оно возникнет, если я отпущу тебя, не наказав за дерзость. Самое страшное сомнение – это сомнение в достаточной степени решительности своего божества. А отпустив тебя безнаказанно, я рискую зародить в сердцах своих адептов именно его. Понимаешь?

Еще бы не понимать! Все, разговоры закончились. Дуэль на словах он проиграл и, значит, остается только и в самом деле драться.

Унести ноги при таком раскладе вряд ли удастся, но попробовать все же стоит.

– В таком случае, – заявил Герхард, – нам действительно ничего не остается, как помериться силами. Ты готов?

Он прицелился богу точно между глаз, но спустить курок не успел.

Бог слегка щелкнул пальцами, и охотник осознал, что не может даже пошевелиться, в том числе, конечно, и нажать на курок.

Вот это фокус! Противник-то, совсем не слабак. И значит, дело совсем плохо.