Хлеба кровавый замес

Поднялся ветер, и рябь усилилась.

Скала продолжала отдаляться от Шаховского, и ощущение опасности нарастало. Ребёнка заполнило чувство непонятного страха. И он, поддавшись ему, чувству неизвестно откуда возникшей опасности, стал в смятении выгребать из-под тени нависшего козырька скалы, из этой покрытой рябью и вмиг ставшей очень тёмной воды. Он пытался вырваться на светлый и солнечный участок водной глади.

Из шлемофона, свободно находящегося на шее Шаховского, слышалось приглушённое:

– «Кольцо», «Кольцо»*, я – «Иртыш», приём…

И разноголосица ответов:

– Я – «Блесна», на приёме…

– Я – «Родео», слушаю…

– «Иртыш», я – «Комета», прием…

После непродолжительной задержки в ответах в его наушниках раздалось:

– «Кама», я – «Иртыш», приём… «Кама», спишь, что ли?!

Алексей быстро очнулся от сна, резко скинул с себя оцепенение и осознал реальность вокруг.

Он сообразил, что это к нему обращается по радио комбат, и ответил:

– Я – «Кама», на приёме…

*«Кольцо» – общая радиокоманда, которая обращена ко всем, кому положено быть постоянно на связи, в так называемом режиме «на дежурном приёме».

Любая болтовня на марше до завязки боя была запрещена. Запрос «Кольцо» не требует отзыва, но обязывает быть внимательным к последующей озвученной информации.

– «Кольцо», – продолжает радиообмен комбат, – скоро будем проходить через кишлак. Духи знают, что идём на боевые. Брать любую мелочёвку из рук бача запрещаю!.. Может всякая хрень оказаться.

Шаховской повернулся к солдатам и хотел им продублировать общий смысл, но Женя его опередил – он также находился в шлемофоне, а значит, мог слышать всю информацию и радиообмен:

– Короче, олени, сейчас через кишлак пойдём… из рук бачат ничего не брать! Понятно?!..

Из глубины отозвался чей-то голос без энтузиазма – не столько потому, что им что-то было надо от бачат, сколько из-за того, что Женя обходился с ними, по их мнению, полноценными солдатами, как с несмышлёными детьми:

– Понятно…

По тону ответа было не ясно – на что же солдатики вообще рассчитывали с началом этих боевых, первых для них по личному участию? Что служба по уставу теперь закончилась, и наступил «военно-полевой колхоз»?

Женя продолжил для ясности:

– Было раз: такой же, как вы, особо понятливый, взял у бача часы, напялил на руку, и без руки остался… Оторвало кисть.

Теперь понятно?

Повисла пауза.