Северный страж

Оскаленная лошадиная голова на носу покачнулась. Ветерок раздул всклокоченную гриву, словно кобыла и впрямь ожила и ударилась вскачь.

Оттар невольно улыбнулся. Ох и дорого же встал оберег, но оно того стоит. Не подвела колдунья. Так нашептала, что удача не покидает с самой весны. Сколько мехов, серебра взяли, а все живы-здоровы, а из ран лишь царапины одни. А те, что струхнули, пусть хлебнут лиха с Торкелем. Жалкие трусы! Как узнают, какой куш упустили, от зависти друг другу глотки перегрызут, псы шелудивые.… Теперь вот ещё рабынь помоложе с десяток взять и можно домой.

Если тот купец не соврал, дело плёвое. Захудалая лесная деревенька, бабы, детишки, мужиков раз, два и обчёлся. Да и те, кто покрепче на промысле, остальные немощь. Лёгкая добыча, а какой куш! Почитай всю зиму можно как сыр в масле кататься. Теперь лишь бы только не сорвалось, только не сорвалось… О, могучий Один!

За неспешными размышлениями забрезжил рассвет. За спиной кто-то завозился и хрипло закашлял.

– Опять вся овчина вымокла… Проклятый дождь, да чтоб ему…

Оттар возмущённо оглянулся.

Кому там не спится в такую рань?

Бурча всякие непотребства, коренастый крепыш на третьей скамье ожесточённо вытрясал намокшую накидку.

А, так и знал. Рыжий Ингвар, вечный задира. Видно эля вчера перебрал, теперь сам не спит, и другим не даёт.

– Эй, Рыжий, потише там! Олаф спит, не видишь? Всю ночь отстоял!

Недобро зыркнув, Ингвар шмякнул овчину на скамью и в сердцах сплюнул за борт.

– Да ладно, не бухти, без тебя тошно.

Скажи лучше, долго нам ещё тут полоскаться?

Оттар небрежно махнул вдаль.

– Недолго. Вон до того мыска, потом в реку зайдём. Там они…

Ингвар хищно оскалился.

– Это хорошо. Ух уж и пощиплем мы сегодня селяночек…

Оттар отвернулся, невольно ухмыляясь. Верно говорит, задира. Пощиплем, всласть пощиплем. Ох, и горяч Рыжий до боя. И так слова поперёк не терпит, а как до стычки дойдёт, совсем бешеный становится. Весь в крови, топором машет, ревёт, как медведь на случке. Как жив-то сам до сих пор остался, либо оберег носит заговорённый, не иначе.

Да и братец его, Ньялль, тоже хорош, хоть и на три весны старше. Рыжий, словно лиса-огнёвка, с виду вроде поспокойней, а как в бой, так лучше держаться подальше. Рожа перекошена, изо рта пена, своих зацепит, и не заметит. А уж вражьи головы сносит в два счёта, любо-дорого поглядеть. Берсерки, одно слово. Зато и доля их в добыче выше, для таких не жалко…

Солнце едва успело подняться, как появилась река.