Дом свиданий

Резвясь в зеркальных коробках, они, вероятно, проявляли немалую фантазию, но что касается фамилий, под которыми они это проделывали, – тут прихотливое воображение им, как правило, изменяло. Многостраничный реестр был удручающе однообразен.

– М-да, – хмыкнул Иван Дмитриевич, добравшись до последней страницы.

На вчерашний вечер из четырнадцати номеров были заняты восемь. Фамилии проставлены следующие: четыре Ивановых, Петров, Энский, Энэнский и князь Никтодзе.

– Вы этих людей знаете? – спросил Иван Дмитриевич.

– Иных знаю, – подобострастно отвечал хозяин, – иных, сами понимаете-с, неприличным счел спрашивать. Вот, к примеру, Яков Семенович, – ткнул пальцем хозяин в нижнего из Ивановых.

Относительно троих его однофамильцев, один из которых занимал к тому же соседний номер, ничего путного он не сообщил: никаких особых примет, люди как люди.

– А Петрова знаете по фамилии?

– Так он и есть Петров, на морской таможне служит. Черт ему не брат, всегда прямо так и пишет: Петров.

– А Энский? Энэнский?

– Этих двоих вчера первый раз увидел.

– А князь Никтодзе?

Хозяин помялся, но наконец произнес твердо и не без гордости за свое заведение, где бывают такие гости:

– Это большой человек.

– Кто именно?

– Я бы, господин сыщик, вам не советовал…

– Ну, живо! – потребовал Иван Дмитриевич.

– Нет, я не могу. Мне стыдно обмануть его доверие.

– В таком случае собирайтесь, поедем в часть. Когда вы скажете моему начальнику, что совесть не позволяет вам раскрывать имена постояльцев, он будет восхищен вашим благородством.

– Это… Это пензенский губернатор, князь Панчулидзев, – упавшим голосом сообщил хозяин.

– Тонкого юмора человек, – оценил Иван Дмитриевич. – И все были с женщинами?

– Все, кроме Якова Семеновича.

– Не заметили у кого-то из дам красного зонтика?

– Наталья! – крикнул хозяин мелькнувшей в конце коридора горничной. – Какая-нибудь была вчера с красным зонтиком?

– Не помню, – отвечала она, к большому разочарованию Гайпеля.

Тот уже приготовился, что этим невесть откуда взявшимся зонтиком Иван Дмитриевич прямо у него на глазах раздвинет завесу тайны.

– А что за дама была с князем Панчулидзевым?

– По всему видать, важная, – ответил хозяин, – но лица не разглядел. Вуаль на шляпке чернущая, ячея мелкая. Ничего не разглядишь, как у персиянки.

– А с Петровым?

– С ним-то Ксенька была. Шалава портовая, клейма ставить некуда.