Сумеречные тени. Книга I

И они стареют, если долго не пьют кровь, точнее, остаются без жизненной энергию. А упыри… Упыри это убитые люди, ведомые чьей-то волей или же то, из чего не получился вампир. Их жизнедеятельность поддерживается хозяином, и даже их сердце бьётся! И да, они не стареют, до тех пор, пока нужны хозяину. Своей воли не имеют, как и души. Иногда подкармливаются кровью и мясом живых людей. И, конечно, они сильнее среднего человека, потому что их тело используется на двести процентов. Люди их ещё называют зомби. Мы их называем куклами.

– Мы?

– Маги, которые занимаются охотой на некромантов и нежить с завышенными запросами.

– Да и к тому же, – я выразительно взглянул на светловолосого парня, – хочешь сказать, будто гулкие звуки у тебя в груди – не сердцебиение? И кислород уже не так уж жизненно необходим?

– Нет, я… – Эмиль задумчиво приложил руку к груди, будто прислушиваясь к ритму собственного сердца, – это всё равно ничего не меняет, да и не успеть теперь.

– Было бы желание, – усмехнулся я и поднялся, вытягивая вперёд левую руку.

– Селер табелариус, – нараспев произнёс я, водя правой рукой над ладонью левой.

Постепенно между ладонями у меня образовалась полупрозрачная фигура.

– Колумбус, – закончил я, придавая сгустку форму и окрас горлинки.

– Что это? – спросил завороженный происходящим Эмиль.

– Скорый Вестник, – пояснил я, – тебе же нужно, чтобы письмо дошло?

– Назови адрес, а после отдай письмо, остальное она сделает сама, – протянул я вампиру горлинку, что спокойно устроилась в моей руке.

Вампир, еле дыша, взял птицу, прошептал ей что-то и протянул законченное письмо, которое та взяла в клюв.

– А дальше что?

– Нужно выпустить её, но, так как солнце ещё не зашло, этим займусь я.

Аккуратно взяв горлинку на руки, я приоткрыл одну ставню и выкинул птицу наружу. Быстро втянув руку назад, я помахал кистью, стараясь охладить кожу.

– Чёрт, закат уже начался, – пробурчал я, подставляя руку под струю холодной воды в ванной.

– Неужели всё настолько серьёзно? – спросил меня Эмиль, стоя в проёме двери.

– Конечно, – ответил я, вытирая руки, – как в сказке ты, конечно, не обуглишься, но ожоги получишь очень сильные. Несовместимые с жизнью.

Собравшись и ещё раз проверив все вещи, мы вышли из гостиницы. У входа нас уже ждала карета, а через пару минут спустился и граф.

– Добрый вечер, – начал я разговор.

– Добрый, – пробурчал граф, подозрительно оглядывая светловолосого вампира.