Жертвы жадности. Беззаконие и отвага

И теперь вовсю корпел над сапогами. Дело шло не быстро, но обещало избавить нас от страшной муки хождения в меховых тапочках. Мало того, что жарко, так ещё и не сильно спасает – особенно, когда идёшь вглубь острова. Пока мы не достигли плато за равниной варанов, всё это было ещё терпимо. Но вот дальше начинался тропический ад!

Начать с того, что там растут самые настоящие тропические леса. И их ширину мы до сих пор не знаем – просто потому, что нам ещё ни разу не удалось пройти лес насквозь. В последний раз, когда я с «гвардейцами» штурмовал тропические заросли, мы прошлись только по краю.

К счастью, рядом с Золотой был великолепный подъём. Сама речка спадала вниз каскадом из трёх водопадов. Но, пробивая себе путь, она обрушила часть склона – и нам хотя бы не приходилось карабкаться по отвесной стене.

Тропические леса на плато состоят, как им и полагается, из ярусов. На нижнем ярусе душно и темно. Зато он полон жизни. Не самой доброй и не всегда сытой, но жизни! Змеи, насекомые, птицы… Стоило нам продраться через подлесок, как мы оказались атакованы тучами мошкары и комаров.

– Бляха! – первым не выдержал Вислый.

– Муха! – вторил Толстый.

– Мы так долго не проживём! – заметил Вислый.

– И быстро вернёмся! – согласился Толстый.

– Но без шмоток! – добавил Вислый.

– А ну, тихо! – прикрикнул на них Борборыч. – Давайте все к реке! Будем илом обмазываться.

Помогло… Мы не перестали быть целью кровососущих и кускооткусывающих, но сухой налёт из ила им прогрызть было сложнее, чем нежную человеческую кожу.

Вот только приходилось постоянно отмахиваться, чтобы мошки не попали в глаза и в нос.

Двигались мы, как пьяный матрос – зигзагами обходя густые заросли молодняка и бамбука. К сожалению, мачете нам не подогнали, вот и приходилось выискивать пути и возможности. В крайнем случае, всегда можно было воспользоваться берегом реки, но там приходилось дышать через раз, иначе назойливая мошкара совсем донимала.

Ноги утопали то в иле, то в гнилой листве, а руки царапали ветки и острые шипы каких-то растений. В общем, боль, кровь и унижение… Не хватало лишь эффектного завершения позорного похода – которое и последовало чуть позже полудня.

Внезапно справа от меня раздался шорох и глухое ворчание. А потом встревоженный Борборыч закричал:

– Берегись!..

Но я среагировал уже на «бере…», резко развернулся и встретил нападающего в полёте.