В лабиринтах убийств

Как-то «бабушка» попросила меня заполнить проектную заявку на грант по открытию библиотечного хаба. Я с энтузиазмом взялась выполнять поручение. Вечера теперь были заполнены изучением в интернете современных культурологических тенденций, поисками похожих проектов, заполнением длинных форм и переводом на английский проекта будущего литературного «open space». Чувство причастности к важным делам распирало меня. Пару раз на работу звонил Петька с туманными намеками насчет совместного ужина. Мне было не до него! Все потом!

Представьте себе, проект прошел.

Милка похмыкала и как-то неопределенно выразилась о том, кого работа любит. «Бабушка» выписала мне повышенную премию. Теперь к очередной зарплате я подходила уже не с пустым кошельком, свистящим от сквозняка, а с кое-каким денежным запасом. Я купила черную кожаную куртку, о которой давно и страстно мечтала, кожаные перчатки к ней в пару и почувствовала себя самым счастливым человеком на свете. В голову стали приходить несмелые мысли об откладывании денег на покупку квартиры или комнаты. В общем, жизнь налаживалась, будущее смелее выглядывало из-за туч. Неизвестно, до каких бы высот я доросла, если бы все не рухнуло в то злосчастное утро…

***

…Скорая помощь и милиция приехали одновременно. Медики констатировали смерть потерпевшей, забрали «бабушку» и уехали. А два милиционера остались. Они заняли начальственный кабинет и начали опрос свидетелей. В узком коридоре столпились все сотрудники Департамента.

Первой пошла Алиса.

Пробыла в кабинете томительных пятнадцать минут. Вышла бледная. Пожала плечами.

– Ничего удивительного, разве можно в таком возрасте нагружать себя такой ответственной работой, – прокомментировала она случившееся. – Наверняка внезапно закружилась голова или схватило сердце, и она не смогла удержать равновесие.

Все молчали. То ли были согласны, то ли не хотели возражать будущему руководству.

– Никак не хотела снимать руку с пульса, – добавило «руководство». – А рука-то уже была старческая.

Народ молча расступился, и Алиса гордо прошествовала по своеобразному коридору. Мне вдруг стало жутко обидно за «бабушку», и я собралась встать на ее защиту от имени коллектива, но тут вспомнила ее увлечения йогой, все эти стояния на голове и прочее. Может действительно в этом все дело? Странно, мне она ни на что такое не жаловалась, наоборот, подчеркивала, что ведет здоровый образ жизни и не страдает от возрастных болезней.