Побеждая зверя

Например, она слышала о том, как девушки жаловались на домогательства со стороны коллег и преподавателей в Академии. Но руководство предпочитало увольнять или исключать строптивых девушек, а не решать их проблемы. Рина решила, что тот образ графа, что защищает её и выгоняет стюартов, – это лишь плод её воображения. А в реальности любая жалоба могла бы оставить её без работы, а, значит, и карьерных перспектив. Потому она промолчала.

В середине дня граф вдруг захлопнул книгу, отложил её и сказал Рине:

– Пойдём покатаемся?

– Что? – не поняла его Рина, всё ещё увлечённо разбирающая полки.

– Ты так хотела покататься, но погода не позволяла. А сегодня солнечно… И тебе нужно отдохнуть. Так что отложи книги, и за мной.

Рина расплылась в улыбке и чуть не бросилась графу на шею. Виктор, судя по лицу, был бы не против. Ему нравилось видеть реакции девушки, когда он радовал её или смешил своими рассказами. Она смеялась, словно ребёнок, а глаза её светились голубой наивностью.

Рина выбежала вперёд графа, чуть ли не бегом направляясь в конюшню.

– Куртку накинь! – крикнул он ей вслед.

Девушка прихватила из комнаты лёгкую чёрную кожанку и чуть не столкнулась лбом с графом в коридоре.

– Осторожно, – засмеялся он. – Какая ты нетерпеливая!

Рина звонко рассмеялась в ответ и побежала к конюшне. Граф не переставал улыбаться и тогда, когда уже затянул подпруги на сёдлах. Себе он выбрал Танатоса, а девушку решил посадить на Минотавра.

– Для первого раза пойдёт и Минотавр, – улыбался граф Рине, когда девушка легонько пинала бока коня, заставляя его сдвинуться с места.

– Какой же ты лентяй, Тавик! – смеялась Рина.

– Просто нужно показать ему, кто главный.

Граф снял со стены хлыст, запрыгнул на Танатоса и поддал хлыстом Минотавра. Плётка просвистела в воздухе и с силой ударила по крупу коня. Тот очнулся и зашагал, потряхивая гривой. «Как-то чересчур сильно…» – подумала про себя девушка, жалея коня, но ничего не сказала.

Граф повёл коней по тропинке, которую укрывали густые лапы ельника.

С высоты она оглядела лес, и вдруг осознала, что дом графа единственный на всю округу. Всё это время она не слышала ни машин, ни голосов людей. Никаких признаков жизни, лишь плотные колючие лапы елей и стойкий хвойный аромат. Солнце было затянуто тучами, лес густо скрывал и без того мрачное небо. Сверху срывались первые мелкие снежинки.

– А ты действительно забрался в самую глушь, – сказала Рина, когда они пробирались сквозь лес.