Пять шагов после смерти

 – За что?

– Погорелов, сиди тихо! – строго ответила математичка, а потом попросила отличниц собрать тетради с домашним заданием.

Я тоже забыл, что сегодня должна была быть контрольная, но сами задания не вызывали у меня каких-либо затруднений, поэтому я не стал беспокоиться. В классе было довольно тихо. Только Погорелов нарушал тишину, бесконечно перешёптываясь со своими друзьями. Он вообще не особо любил письменные предметы, а контрольные были для него ударом ниже пояса. Ему крайне трудно было принимать чьё-то умственное превосходство.

– Ты уже решил? – вновь раздался его громкий шёпот.

Длительное время учитель игнорировала его поведение, но потом резко подняла голову и громко сказала:

– Погорелов, что там у тебя происходит? Смотри, пожалуйста, в свой листок!

– Я советуюсь, – деловито ответил школьник.

– Это контрольная, а не командная викторина. И вообще пересядь на другое место.

– Чего это?

– Я сказала: пересядь! – застояла учитель.

 – К Степану Блашка.

В этот момент внутри меня всё сжалось. Как же я этого не хотел! Я сразу вспомнил вчерашнюю нападку Погорелова на меня и забоялся, что это может повториться. Даже любое его грубое слово цепляло меня и заставляло всё больше закрываться в себе.

– Вы чё, прикалываетесь? – удивился Погорелов.

– Если что, посоветуешься с ним, – хитро улыбнулась математичка. – Давай быстрее, ты всех отвлекаешь.

Когда главный хулиган нашего класса сел рядом со мной, все знания выветрились из моей головы.

Мне даже дышать рядом с ним было страшно. И, как ни странно, я всё равно не чувствовал к нему своей неприязни. Наоборот, я бы всё равно хотел стать для него другом. Он был таким сильным и смелым, мне было чему у него поучиться. Единственное, я понимал, что ему эта дружба была вовсе не нужна.

Собравшись с мыслями, я быстро дописал контрольную и только тогда заметил, что мой новый сосед по парте ещё не выполнил ни одного задания.

Он что-то писал, потом зачёркивал, матерился себе под нос.

Я разрывался на части. Мне хотелось ему помочь, но в то же время я боялся с ним даже заговорить. Не знаю, что со мной было не так, но если я видел человека в беде, я желал его выручить. Я искоса поглядывал на своего одноклассника, надеясь, что он сам обратится ко мне. Погорелов же в свою очередь просто игнорировал моё присутствие.