В сетях обмана и любви

Она прекрасно понимала, как чувствует себя несчастное животное. У нее было не больше прав находиться здесь, чем у этого коня.

– Я с честью выдержу это венчание, – сообщила она коню и своей матери.

Появился запыхавшийся разгневанный Гектор.

– Что там чудит этот Темберлей? – воскликнула Флора. – Он что, собирается везти жену домой, перекинув через седло?

Гектор раздраженно оправил сюртук.

– Если ты хочешь пересмотреть свое решение, Мэг, я с радостью готов пойти и объясниться с герцогиней.

Сердце Маргариты едва не выскакивало из груди.

– Неужели он и впрямь такой порочный? – хрипло прошептала она. Затем подняла руку и заявила: – Нет! Я не уйду. Он ведет свою игру, я – свою. Мои ставки выше.

Она гордо выпрямилась, чувствуя себя скорее солдатом, отправляющимся на битву, чем невестой. Гектор сжал ее руку, и Мэг прочла восхищение в его глазах. Или неуверенность?.. Это заставило ее задрожать.

– Я провожу твою мать на ее место и тут же вернусь за тобой, – сказал дядя.

Оставшись одна, Маргарита прикусила губу.

Дрожащими пальцами опустила вуаль и взяла в руки букет. Густой аромат роз заполнил маленькую каморку, как призрак ее сестры, напоминая, что не Мэг – настоящая невеста. И все же!

Мэг сжала в руках букет – шип вонзился ей в палец. Она почувствовала укол и увидела, как кроваво-красный цветок распускается на снежной белизне ее шелковой перчатки. Девушка попыталась умерить бешеное биение сердца. Возвратился Гектор. Настало время ему отвести крестницу в холодный полумрак церкви.

– Ты восхитительно выглядишь, Мэг. Твой отец гордился бы тобой…

Маргарита перестала слышать тихие слова ободрения. Она во все глаза смотрела на Дьявола, Николаса Хартли, герцога Темберлея.

Он в самом деле оказался высоким, широкоплечим и стройным. У него были темные, почти черные волосы, слегка завивающиеся над воротником. Цвет глаз невозможно было разглядеть, но она предположила, что они зеленые, какого-нибудь экзотического оттенка. Одет он был в странный изумрудно-зеленый сюртук и цыганский полосатый жилет.

На нем были черные бриджи и начищенные до блеска черные ботфорты. Почему ее жених выбрал столь нелепый наряд?

Глаза Маргариты поднялись к его лицу. Даже издали было заметно, что он охвачен гневом: губы плотно сжаты, выражение лица грозное. Холодность его леденящего взгляда до дрожи напугала Мэг.

Гектор осторожно подтолкнул ее. Только тут она заметила, что стоит посреди прохода, как безмозглая дурочка.