Золушки из трактира на площади

 – Мужчина, готовый потратить деньги в объеме гардероба любимой женщины – достоин всяческого поощрения!

– Я поощрила! – неожиданно зарделась Ванилла.

– О! – только и сказала Бруни, ощутив нечто похожее на зависть.

Близился вечер «чистого» понедельника. Того редкого дня, когда трактир закрывался на генеральную уборку, а Матушка подсчитывала прибыль, относила деньги ростовщику и составляла список тех покупок, что не нужны ежедневно. После обеда Ванилла зашла за подругой, чтобы пригласить ее пройтись по лавкам – надо же было Старшей Королевской Булочнице как-то избавляться от неожиданно свалившейся на нее кучи денег!

– Заодно посмотрим, как провожают принцессу Оридану! – тормошила она Матушку.

 – Ожидаются Большой королевский эскорт и принц Колей на белом скакуне, безутешно машущий платком вослед возлюбленной!

– Принцесса уезжает? – удивилась Бруни.

За политикой она не следила, слухи и сплетни, щедро обсуждаемые в трактире, не слушала, так же как Пиппо не слушал девичьи разговоры.

– Ну, так они обручились, – пожала плечами Ванилла. – Даже успели поругаться пару раз и посуду побить. В частности, приказал долго жить трофейный сервиз розового крейского фарфора, украшенный позолоченными стрекозами и бабочками. Стоил, между прочим, как целый экипаж!

– Откуда такие подробности?

– Дык супница почила об голову Дрюни, – хохотнула подруга. – Впрочем, голова у него крепкая! И не только голова!

После генеральной уборки, затеянной еще до рассвета, тело ныло, как после побоев, и Бруни рассчитывала полежать, позволив себе редкую роскошь вздремнуть в дневное время.

Но Ванилла была настроена решительно. В конце концов, что это за удовольствие – тратить деньги в одиночку?

Сломалась Матушка, когда подруга, оглашая программу проводов, намекнула на первое появление на публике полка, целиком состоящего из оборотней.

– Да никто ничего об этом не знал, – пояснила она удивленной Бруни, в этот момент достающей из шкафа выходное платье и белую ажурную накидку, связанную крючком еще матушкой.

 – Видать, приказ от короля был, помалкивать. А вчера зашептали во всех углах. Охота взглянуть, как оборотни в мундирах смотреться будут!

Бруни подумала и не стала надевать туфельки в тон платью – запачкают в толпе. Сунула ноги в обычные башмаки, взяла сумочку, и девушки спустились вниз.

Весь, сдвинув отскобленные добела столы к стенам, тренировался с деревянным мечом, который сам выстругал из ножки сломанного стула.