Меч и перья

Цена почитателей тьмы была еще более жуткой, но зато удовлетворяла их грязные желания сполна.

Ятри посмотрел на амару, идущего впереди. Каких богов почитает он?

Сзади таверны оказался небольшой яблоневый сад, который даже в блеклом свете неполной луны казался уютным. Вес стряхнул белые лепестки рано зацветших деревьев с двух ближайших кресел-качалок и небольшого столика с необычайно мастерски вырезанной ажурной ножкой. Перед охотником открылся удивительный вид на поле, которое слабо мерцало серебряным светом из-за цветущих кади.

Обычно фермеры старались избавиться от этих растений, считая их сорняками, хотя на самом деле магия, текущая в их лепестках, помогала росткам перезимовать и в последствии взойти.

Вся эта утонченность никак не вязалась с экстравагантным убранством таверны. Вернее, с тем, которое там царило до появления грамда. Ятри вопросительно посмотрел на армару, но тот с едва уловимой горечью во взгляде наслаждался лунными лучами, словно они могли согреть его кожу.

Ятри учтиво кашлянул. Вес вздрогнул и вернулся мыслями на землю, где бы он ни витал секунду назад.

– Можешь удивиться, но уговорить фермеров оставить на полях кади не было такой уж сложной задачей, а мне очень хотелось как-то разнообразить этот вид.

Амару стянул со спинки своего кресла бардовый плед и закутался в него, хотя Ятри очень сильно сомневался, что мертвецам есть какое-то дело до окружающей их температуры.

– Получилось весьма уютно, – кивнул охотник, ерзая на кресле, внутри него все еще отдавалось эхом возбуждение битвы, – а теперь рассказывай, что ты тут забыл.

– Ничего я тут не забыл, – недовольно огрызнулся Вес, – были бы варианты получше, меня бы уже давно тут не было. Но какой у меня выбор? Как неприкаянный, шляться из одной деревни в другую, в страхе, что на следующий день полоумные крестьяне поприветствуют меня с факелами и вилами? Словно вор, через окна прокрадываться в спальни к миловидным девушкам и пить их кровь? Увольте, я еще не потерял остатки своего достоинства.

А тут… – он слегка притих, но потом недовольно скривился и продолжил свой монолог уже бодрее, объясняясь не столько перед охотником, сколько перед самим собой. – Мне от них что нужно? Правильно, кровь. А этим несчастным и одиноким барышням? Чтобы я был красивым, обворожительным и мог доставить им удовольствие.