Меч и перья

Тут было важно толкнуть бабулю, но так, чтобы та не пострадала, и создалась только видимость того, что Поликарп до нее дотронулся. Вес поглаживал шею новоприобретенной рыжей лошадки, на секунду, которую заняло колдовство, его рука застыла на месте и сильно сжала гриву.

Поликарп снова взмахнул рукой, не заметив, что множество маленьких завихрений в воздухе скорректировали траекторию. Рука не достала до сивой головы старушки какой-то сантиметр, но выглядело это так, словно он со всего маха по ней ударил. Бабуля тяжело упала на землю, к ней тут же подскочил ее внук, а с боку уже подстраивался Вес, готовый оказать помощь пострадавшей.

Амару плавно перенял старушку из рук парня, тот только кивнул и обратил разъяренный взгляд своих маленьких глазок на Поликарпа.

– Ты ударил мою бабушку, – внучок цедил слова, чтобы у Поликарпа было время представить, на какие муки он себя только что обрек.

– Да я ее даже не коснулся! Она сама упала!

– Все видели, как ты махнул рукой, – не удержался и вставил свое слово Вес, если бы на нем не было шарфа, все бы могли увидеть довольную улыбку.

– Ты ударил мою бабушку! Извинись! – настаивал внучок при полной поддержке публики и даже тех самых двух стражников.

Но Поликарп не воспользовался этой возможностью уйти невредимым.

– С чего я буду извиняться, если ничего не…

Здоровенный кулак внучка полностью накрыл лицо жреца и отправил его в недолгий полет.

– Убил, что ль? – вытянув шею, спросил стражник. Поликарп не двигался.

– Поделом будет. Пошли бабуль.

Спасибо, – кивнул внучок Весу, принимая у него из рук старушку.

Амару был крайне доволен собой. Но он еще не закончил.

Только хотел Вес подойти к Поликарпу, чтобы утвердить свое превосходство, как дорогу ему преградили двое стражников.

– Вроде и жрец, а такое вытворяет. Куда катится этот мир? – спросил один из стражников, подчеркнуто поправив меч на поясе. – Мы, конечно, извиняемся, но вас все-таки обвинили в убийстве. Снимайте свой маскарад и поговорим.

– Просим прощения, – тихо поправил Вес.

– Что?

– Ничего, у меня глаза чувствительные, очки придется оставить, не возражаете?

Стражники неодобрительно посмотрели на него, но протестовать не стали. Представившись, Вес изложил им свое видение событий.

– Жрица Вирлина себя очень плохо чувствовала вчера и попросила меня сопроводить ее до кровати, что я и сделал. Она очень быстро заснула, и я постарался как можно тише покинуть ее покои, но за дверью уже стоял в сорочке Поликарп.