Человек с того света

Они венчались по двум обрядам…

Логман Хаджи Исмаил, с согласия везиря Османа хана, которого попросил сам король Франции, остался в Париже еще на несколько месяцев… А когда они с Марией вернулись, двор встретил логмана с явной отчужденностью.

В нём все так же нуждались. Все так же обращались за помощью. Но всё чаще и чаще логман ловил на себе подозрительные взгляды особой монаршьей охраны. Шах перестал приглашать Хаджи Исмаила к себе на философские беседы и к застольям…

Причину этого охлаждения, чреватого нежелательными последствиями, объяснил Хаджи Исмаилу его дядя Ахмед ага.

– Сынок, пойми меня правильно… – заговорщически, оглядываясь по сторонам, шептал он. – На тебя, по злому навету, смотрят как на лазутчика… Будь осторожен…

А через несколько дней логмана неожиданно вызвал к себе шах Омар. Монарх встретил врача с подчеркнутой вежливостью. Без той привычной логману теплоты, свидетельствующей о дружеском расположении шаха.

– Логман, нам стало известно, что ты позволил себе грубо нарушить шариат…– вымолвил он.

– В чём это выразилось, Ваше Величество? – осторожно спрашивает Хаджи Исмаил.

– Ты взял в жёны кафирку… Уважаемое нами духовенство в гневе, – тяжело, исподлобья буравит его шах.

– Государь! Шейх может подтвердить вам, что жена моя, Медина ханум, вошла в лоно нашей веры. Она строго соблюдает её законы…

Шах с ленивой небрежностью приподнимает руку. Хаджи Исмаил умолкает.

– Мы решили так, логман, – шах делает паузу. – Учитывая наше доброе отношение к тебе, твои заслуги перед нами, мы, дабы не возбуждать недовольства духовенства и правоверных, отправляем тебя, на некоторое время, к нашему двоюродному брату – Шекинскому хану Джумшуду…

На этом аудиенция закончилась.

…Джумшуд хан относился к нему с неприкрытой неприязнью. Старался при всяком удобном случае уязвить и унизить. Но от этого не уменьшался поток больных к логману. Наслышанные о его чудодейственном врачевании, люди шли к нему отовсюду. Лечил он и, чутко державшую нос по ветру, шекинскую знать.

Неуютно чувствовал себя в Шеки Хаджи Исмаил. Его донимали нехорошие предчувствия. Изводили до тошноты. Анализируя свое состояние, логман относил его к тому общеизвестному чувству, которое рождается вместе с человеком и которое, так или иначе, точит каждого из живущих, неземной тоской.