Ах, эта Африка!

И тут же без предупреждения, не включая поворотной мигалки, на полной скорости нырнул перпендикулярно налево в такой же туннель поуже, который метров через сто оказался опять пыльной обычной улочкой с симпатичными каменными виллами за низкими оградами и зелёными стенами веерных пальм и широких банановых листьев. Перед некоторыми домами переплетались заросли кустарников с яркими фиолетовыми цветами на колючих ветках. Улочка уперлась в проволочную сетку, машина ещё раз крутнулась налево и, проехав несколько десятков метров вдоль этой призрачной ограды, остановилась.

– Вот вам колледж, вот дом директора, а вот его семья.

Мы вышли из машины и уставились на место нашей будущей работы. Перед нами за сеткой лежала широкая поляна с пологим наклоном вправо к невысоким зеленым зарослям, по-видимому, окаймлявшим ручей. Под редко растущими зонтичными акациями вытянулись несколько призёмистых бараков абсолютно унылого вида, с широкими оконными проемами, в которых не было стекол – железные распахнутые ставни скрипели и кое-где хлопали при лёгких порывах вечернего, но ещё горячего ветра.

Налево, недалеко от сетки, примостилась крохотная неприглядная избёнка – учительская и кабинет директора, как мы узнали вскоре. Направо, симметрично калиточке, у которой мы стояли, торчал каменный жилой дом. У крыльца горел костерок, на нём кипело в кастрюле какое-то варево, около сидела на корточках африканка в национальной блузке и многослойно обёрнутом вокруг стана куске ткани, возле бегали голые и полуголые детишки разного возраста, сосчитать их сразу было затруднительно. Женщина легко выпрямилась и подошла к нам здороваться.

– Это Мария, жена директора и преподаватель истории и географии в колледже, – сказал Тавара.

– Мадам, – представились мы.

– Как жаль, что Саликене сейчас где-то в городе. Добро пожаловать, очень хорошо, что вы приехали, нам так нужны преподаватели.

Странно было слышать очень правильную литературную речь от босоногой чёрной женщины, пропахшей запахами костра и пищи, за подол которой уже цеплялось несколько пыльных голопузиков.

– Что же нам сейчас делать?

– Я думаю, месье Тавара будет так любезен и отвезет вас в гостиницу, а как только муж вернётся, я пришлю его к вам.

– Точно, к господину Ламе?, – согласился весело Тавара, – всё равно вам там сегодня ночевать.

И мы двинули в гостиницу.