Я найду, кто убил тебя! Часть третья

Хозяин узнает, что вы ничего не ели, накажет…»,

Ирина, не дослушав, воскликнула: «Вы кто? За что меня задержали?» И уже совсем возмущённо закричала: «Отпусти немедленно меня, слышишь ты, урод! Меня будут искать! А когда найдут, тебе не поздоровится!»

И в порыве гнева она бросилась на стоявшего перед ней человека.

Но цепь не дала ей сделать и трёх шагов: она, натянувшись, дёрнула её ногу назад, и Ирина, застонав от боли и бессилия, упала.

Её охранник, вероятно поняв её состояние, и увидав результатат её гнева, издевательски захохотав, произнёс: «Не буди лихо, сиди тихо! Не будешь дёргаться, красавица, глядишь, дольше проживёшь».

Тоже мне, любитель поговорок, со злостью прошипела Ирина в ответ. Тебя бы на цепь посадить, посмотрела бы я, что ты запел бы тогда?

И уже другим тоном, плаксиво, продолжила: «Отпусти меня…, пожалуйста. Я же тебе ничего плохого не сделала. Я же тебя не знаю, и ты меня тоже… Отпусти».

Не могу, ответила он, и подал еду Ирине. А затем, словно размышляя, произнёс: «Это ваши дела с хозяином.

Ирина решила прибегнуть к ещё одному средству для своего освобождению – чисто женскому, и взмолилась:

Подожди! Не уходи! Я с детства боюсь мышей, а их здесь сотни! Я умираю от страха!

– Не боись, девушка, – и насмешливо хохотнув, продолжил: Эти летучие мыши на людей не кидаются, особенно на девушек, и кровь из них не сосут. Они питаются исключительно комарами и мухами.

Говоря так, он, вероятно для её успокоения, произнёс слово «питаются» с особым смыслом, а возможно, хотел ещё сильнее напугать её.

Говоря последние слова, он опять захохотал, и так, иногда издавая короткие смешки, удалился.

Ирина опять осталась одна.

Долго сдерживаемые слёзы закапали из глаз, и она, слизывая их язычком и вытирая тыльной стороной ладоней, горько прошептала: «Лёшенька, милый, ну где же ты? Почему не приходишь, и не спасаешь „свою девочку“? Мне так плохо без тебя!»

А вверху, над головой, продолжали раздаваться: то тихий шорох, то попискивание.

Иногда какой-то тёмный комочек отрывался от общей массы, и, немного полетав, опять, словно гирлянда, повисал на потолке.

Ирина, сопровождая взглядом, наблюдала за полётом, и со страхом ожидала приближения этого комочка. Но, Слава Богу, всё обходилось, и она, немного успокоившись, опять думала о Лёше.