Написать президента

И получилось у нее так, что первый тираж разобрали за неделю, а второй раскупили в предзаказе до того, как он появился в бумаге. За год она написала еще две и стала звездой первой категории, хотя эта звездность, за которую многие из профессиональных писателей отдали бы душу, была нужна ей не больше, чем гиппопотаму парашют.

Я вытащил смартфон, проверил мессенджеры – пусто, тот тип, что меня сюда зазвал, пока не проявился.

– Пойдем, – сказал я, и мы отправились в зал для презентаций.

Щебутнов уже не сидел, а стоял на сцене и подписывал книги.

– Ой, какой типаж, – хриплым, басовитым голосом вещала Хамлицкая, занявшая его место за столом: прическа в стиле «воронье гнездо», платье-балахон цвета грязного асфальта, всё как обычно. – Вы меня просто покорили, Евграф, я вся ваша поклонница… Это чудесно! Непременно надо рассказать о вас людям.

Щебутнов самодовольно топорщил бороду, напрягал мышцу на плечах и руках, маленькие глазки его масляно блестели. Он не догадывался, что Хамлицкая его нагло троллит, что он интересен ей в качестве психологического феномена – эгоцентричный кусок мяса, мнящий себя писателем и едва не лопающийся от чувства собственной исключительности.

Мы с Инной пересекались на одной из провинциальных книжных ярмарок, были знакомы, так что я помахал ей.

– Привет, Лев, – сказала она в микрофон. – Ну что, давайте начинать… Так, минуточку. Мебель только уберем.

«Мебелью» она поименовала Щебутнова, который и этой издевки не заметил. Продолжал торчать на месте, пока сотрудница магазина, крохотная девушка, не взяла его за руку и не повела к выходу из зала.

Проходя мимо, он покосился на меня налитыми кровью глазами, но ничего не сказал.

– Ты и этого знаешь? – спросила Ленка. – Он тоже книжки сочиняет?

– К сожалению, да, – ответил я. – На оба вопроса.

– Поехали! – объявила Хамлицкая. – О текстах говорить скучно, это полная ерунда. Говорить обо мне еще скучнее, ерундее ерунды… поэтому говорить будем о том, что на самом деле интересно, о людях и о жизни.

Ей было совершенно наплевать на рейтинги продаж.

Уверен, что Инна за ними не следила. Она не заботилась о том, чтобы выглядеть модно или просто красиво, не тратила времени и денег на продвижение в сети, и все же зал был битком, люди сидели, стояли вдоль стен и у задней стены, и подходили новые и новые, и многие держали ее книжечки, маленькие, необычного для прозы формата.

– Сложная штука – прожить свою собственную жизнь, а не навязанную извне, – говорила Хамлицкая.