1812, год зверя. Приключения графа Воленского

– Приготовления ведутся, – сухим тоном промолвил государь. – В Москве работает Франц Леппих. Немецкий инженер, у него целая команда. Он готовит зажигательные снаряды. Но даже в секретной переписке об этом не говорится ни слова. Мы разработали версию, по которой Леппих строит воздушный шар, чтобы бомбить армию противника с воздуха. Если французским агентам и удастся что-то выведать о Леппихе, так только эту абсурдную идею с воздушным шаром.

– Позвольте еще один вопрос, ваше величество. Вы сказали, что три человека – четыре вместе со мною – знают о том, что существует вариант оставить Москву.

Правильно ли я понимаю, что граф Ростопчин входит в это число?

– Нет, – резким тоном прервал меня государь. – Граф Ростопчин как московский генерал-губернатор имеет план действий на случай оставления Москвы. Сожжение города и Франц Леппих являются частью этого плана. Но граф Ростопчин не знает того, что решение об оставлении Москвы обсуждается всерьез. Об этом знаю я, Барклай и Кутузов. И вы, Андрей Васильевич.

Я растерялся, не представляя себе причину, чтобы столь судьбоносные планы строятся без участия московского главнокомандующего. Император заметил мое смятение и с готовностью ждал новых вопросов.

– Ваше величество, осмелюсь спросить, – решился я. – Но как же граф Ростопчин? Московский генерал-губернатор вправе знать. Иначе… как же он будет действовать?!

– Вы правы, – ответил государь, – московский главнокомандующий вправе и даже обязан быть поставлен в известность.

Но только, если бы это был кто-то другой, а не Ростопчин. Он,.. – император сделал паузу, подбирая слова, – он слишком неистов. Он ни за что не оставит Москвы без боя. Но бой у стен древней столицы может погубить армию, а для москвичей превратиться в бойню. Этого нельзя допустить. Но единственный способ с таким человеком, как граф Ростопчин, это не ставить его в известность. Держать от него в тайне до последней минуты. И потому этот план известен только троим. Иначе – тайны не сберечь. Вы четвертый.

– Благодарю вас за доверие, ваше величество. Моя жизнь в вашем распоряжении.

– И вот что, Андрей Васильевич, подробности о Бернадотте также держите в тайне. Я не хочу, чтобы сведения о шпионе, способном повлиять на решение кронпринца, дошли до Швеции. Пусть ничто не смущает Бернадотта, а то он уж больно чувствителен. Далее. После того, как агент будет пойман, вы получите новое назначение. Такое, какое пожелаете, – пообещал государь.