1812, год зверя. Приключения графа Воленского

 – И кстати, это хорошо, что вы отказались перейти на службу к Вязмитинову. Министерство полиции не приспособлено для ловли шпионов. Здесь нужна хитрость, тонкая работа. Для этого мы учредили обособленную службу – Высшую Воинскую полицию, причем свою в каждой из трех армий. Но к сожалению, действительно работает только Высшая полиция Первой Западной армии. Но именно она нам теперь и нужна, штаб ее расположен в Москве. Директором назначен Яков Иванович де Санглен, он подотчетен лично мне, да, и конечно же Барклаю-де-Толли… а теперь Кутузову.

Андрей Васильевич, отправляйтесь в Москву. Я хочу, чтобы на время этого задания вы поступили под начало де Санглена. Он хорошо знаком с ситуацией в Москве и там полно его агентов, они будут полезны вам. Я дам Якову Ивановичу необходимые распоряжения и напишу о вас Кутузову. Аракчеев подготовит необходимые письма.

Государь поднялся из-за стола и кивком дал понять, что аудиенция окончена. Он позвонил в колокольчик, и вошел адъютант.

В дверях я оглянулся, Александр Павлович провожал меня грустным взглядом все с тою же тоскливой улыбкой.

– Обождите! – неожиданно велел он и жестом показал адъютанту покинуть кабинет первым.

Я прикрыл дверь и повернулся к его величеству.

– Андрей Васильевич, – сказал государь, – в вашем распоряжении три недели. Вы должны успеть.

Глава 3

На следующий день десятого августа государь император отправился в Або. Несмотря на только что перенесенный удар, в миссии принял участие государственный канцлер граф Николай Петрович Румянцев.

Вместе с ними в столицу Финляндии отбыл и английский посол лорд Кэткарт.

Я приказал мосье Каню готовиться к путешествию в Москву. Я намеревался еще до полудня покинуть Санкт-Петербург. Однако отъезд пришлось отложить. Прибыл фельдъегерь с приглашением на обед к императрице-матери Марии Федоровне.

Коротая время перед визитом к ее величеству, я задумался о предстоящем деле. В столь короткий срок без агентуры не справиться, помощь тайных осведомителей де Санглена без сомнения понадобится.

Кроме того, в Москве я смогу открыться генерал-губернатору графу Федору Васильевичу Ростопчину. Уж кого-кого, а его решительно невозможно подозревать в симпатиях к французам или в продажности.

Раздался стук, и в дверном проеме появилась крайне взволнованная физиономия мосье Каню.

– Барин, сударь, тут-с человек к вам пришел-с, – сообщил он.

– Какой еще человек?! Я никого не жду.