Копенгагенский разгром. Приключения графа Воленского

Николай Николаевич застыл, вперив взгляд в полицейского, а я пробормотал:

– Ерунда какая-то. Сущая ерунда.

Глава 2

Во мне словно ужились два человека. Один оцепенел от ужаса, а второй напрочь отказывался верить, что с Артемием Феклистовым случилось несчастье.

Граф Воронцов заявил, что отправится вместе с нами в злополучный паб. Я кликнул мосье Каню, и мы последовали за инспектором.

По пути я вдруг заметил, что сжимаю в руке фарфоровую чашечку. Тот самый «Веджвуд». Я с изумлением смотрел на изящный фарфор.

Визит полицейского и предположение, что убит мой товарищ, так потрясли меня, что я сделал совершеннейшую нелепость – зачем-то прихватил с собой кофейную чашечку. Смутившись, я спрятал ее в карман.

Семен Романович по-дружески сжал мой локоть и промолвил:

– Не волнуйтесь. Я уверен, это недоразумение. И убитый не имеет к нам никакого отношения.

– А кто такой Камышов? – спросил я.

– Как вы знаете, – начал граф Воронцов, – двадцать второго ноября прошлого года государь император издал указ, фактически арестовал английские суда, оказавшиеся в российских портах, и запретил платежи в пользу английских купцов…

– Пока они не рассчитаются по долгам, – вставил я.

– Верно-верно, – согласился Семен Романович. – Но я не о том. Английские власти ответили тем же. И теперь в Англии застряли тысячи российских подданных. Я хотя и в отставке, но слежу за их судьбой, добиваюсь от английских властей, чтобы мои соотечественники не знали нужды.

– И что Камышов?

– Камышов – офицер из Второй дивизии Балтийского флота.

Пару недель назад он бесследно исчез. Вот полиция и занимается розыском, – пояснил граф Воронцов.

– Что ж, будем надеяться, что убили не его, – буркнул я.

И еще больше я надеялся, что не Феклистова.

Инспектор провел нас до конца Мэнсфилд-стрит. На углу располагался трехэтажный кирпичный особнячок, оказавшийся тем самым заведением, за дверью которого скрылся Артемий. Два верхних этажа занимали апартаменты, на нижнем этаже находился паб.

Вывеска над входом выглядела как старинный герб, с которого добродушный король со скипетром и державой в руках взирал на прохожих. Надписи ниже обещали лучшие в Англии пиво и эль. Над головой пивного короля красовались слова «Green King[2 - Green King (англ.) – зеленый король.]».

Мы поднялись по ступеням и шагнули в полутемный зал, заставленный аккуратными столиками. В камине плясал огонь. За буфетной стойкой стоял дородный субъект с озабоченным лицом.