Копенгагенский разгром. Приключения графа Воленского

– Жаль, – промолвил граф Воронцов. – Мудрые начальники отправляют молодых людей за границу с расчетом, чтобы посланник успел не только задание выполнить, но и неоценимый опыт приобрести.

– Государь вполне это осознает, – я поймал себя на мысли, что защищаю императора, – однако в данном случае счет идет на недели, а то и на дни. Государь в приватной беседе указал мне, что если я поспею в срок, возможно, удастся избежать войны с Англией.

Я ожидал, что мои слова вызовут усмешку, иронию, но граф Воронцов отнесся к ним со всею серьезностью.

– К сожалению, мой друг, Павел Петрович не ошибся, – кивнул он. – Война может начаться в любую минуту. И если вам удастся предотвратить военный конфликт, вы окажете величайшую услугу и России, и Великобритании. Я твердо убежден, что два великих государства должны сохранять мир.

– Право, я ума не приложу, как моя миссия может повлиять на военный вопрос, – признался я.

Граф Воронцов едва заметно повел плечами, и это движение выдавало смущение.

– Я могу лишь гадать и строить предположения… Не удивлюсь, если единственный человек, знающий ответ на этот вопрос, сам император.

Он отнюдь не всегда делится своими замыслами. А зря. Но если есть шанс избежать войны, его нужно использовать.

– Вот почему нельзя терять ни минуты. Я должен как можно быстрее отправиться в обратный путь.

– Мы все приготовили, – заверил меня граф Воронцов. – Задержки не будет. Завтра же после обеда вы сможете отправиться в обратный путь. Но давайте же выпьем чаю.

Как-никак вы с дороги. А потом продолжим.

Он позвонил в колокольчик, появился слуга.

– Мистер Блотт, велите подать чай и позовите Екатерину Семеновну, – распорядился граф.

Дочь Семена Романовича отличалась красотой необыкновенной и в свои семнадцать лет могла запросто вскружить голову кому угодно. На груди ее я заметил фрейлинский шифр императрицы Марии Федоровны, чему удивился, ибо государь император отказывал в пожаловании шифров находящимся за границей.

Поздоровавшись с нею, я бросил мельком взгляд на Новосильцева: уж не ради ли молодой графини он находится в доме Семена Романовича.

Однако тот не выказывал каких-либо особенных чувств.

– Моя дочь частенько помогает мне. – Граф Воронцов обнял ее за плечи. – Пожалуй, правильно сказать, что секретарские обязанности целиком на ней. Так что Катя знает все тонкости британо-российских отношений.

– Полно вам, папенька, – покраснела девушка. – Давайте пить чай. Вы уморите Андрея Васильевича.