Грэй

Затем разговор перешел на другие темы, и Надежда спросила, чем сейчас увлекается Аня?

– Ничем, книжки читает и только, – ответила мама.

– А балет уже нет?

– А балет уже всё. Прошло.

– Как же так? У неё были такие способности. Её ставили первой в группе?

– А теперь уже нет, сказала, что ей это не интересно. Не хочет. Не понравилось. Но я молчу.

Когда Аня вернулась, Надежда стала расспрашивать её про балет и про увлечения. Аня сначала отвечала спокойно, а потом вспылила:

– А что мне толку от этого балета? Я всё равно не смогу прыгнуть выше головы и фуэте не выходит.

Время трачу. Да и школа была так себе. Полулюбительская.

Надя сильно удивилась, по её мнению у Ани были идеальные данные.

– Пять лет провела и хватит! – ответила грубо девушка.

Тогда Надя поинтересовалась, как у Ани идут дела в школе? На что «ребенок» ответил:

– Да нормально! – затем насупилась и решила показать себя взрослой:

– Был даже один, ухажер недавно. Бегал за мной целый месяц!

– И что? – изумленно спросила Надя.

– А ничего! Мы расстались уже. Он, правда, обещал мне кулон с топазами, Мальдивы…

– И это правильно, Антютка! Зачем нам такие?! – обрадовалась Надежда Юрьевна.

– Выпьем за наше будущее! – предложил Олег.

– Да, за наших детей! – согласился Семен.

Поздно вечером, когда всё ушли, Анна начитавшись перед сном книг про магию и колдовство, легла на кровать и вязла в руки подставку с листом ватмана. Она стала рисовать Грэя, так, как видела его в своих снах. Мужчину в ковбойской шляпе, с суровым строгим лицом, трехдневной щетиной и серыми глазами.

И ещё два кольта обязательно. Затем изобразила отдельно один кольт, сделав отличный, буквально как из учебника по стрелковке Жука, рисунок оружия. Задумалась и добавила к оружию такую морщинистую и жилистую руку.

Аня посмотрела на кольты, улыбнулась и вдруг её озадачило вдохновение. Почему-то в голове стали звучать слова, которые немедленно сложились строки:

«И будет море роковое,

плескаться в бледной тишине.

Я буду здесь всегда с тобою,

в аду как в самом лучшем сне…»

Записала она и с удивлением посмотрела на эти наивные детские строки, которые ей показались невероятно красивыми и сильными. Потом она подумала и изменила вторую строку:

«Сиять в лазурной тишине»

Аня улыбнулась, так ей показалось намного лучше. Она встала и несколько раз прочла это четверостишье сначала про себя, а затем и вслух. Села и задумалась.

«Странно. Я никогда не писала стихи.