Грэй

Абориген говорил, что в километре есть старая пристань. От неё теперь одни столбы стоят. Так вот, под ней, если нырнуть, то можно выкопать закладуху времен Шемяки.

– Точно? Не верю! А «блины»? – спросил Давид.

– А в «блинах» нам уже рыть нечего. Пейзаж лунный. Отморозки зимой всё доделали, скоро красные приедут и флаг поставят. Так вот смотри, видишь… Вот она, квадрат. Понял? Десять на тридцать метров. Закладуха, вещают, огромная, но где…

– Здесь какие бояре обитали?

– Бояре… хе… тут другое. Под нами домонгольское городище третьего века, но это ерунда.

Там искать, скорей всего, нечего. А вот закладуху положил кто-то из друзей Василь Василича, во время смуты, но это только слухи.

– Мазик, ты сам-то веришь в эти чудеса?

– Должен верить. И я, и ты. Все должны. А как иначе?

– Как же мы это сделаем?

– Для виду и понтов будем копаться здесь, а там проведем в этом году только разметку, но без следов. Пройдем пикалкой вправо-влево. Поныряем и всё, как есть, зарисуем… Я так думаю.

Спешить не стоит. Ты какую пикалку взял?

– Ну нашу, «аську». Garret Ace 250. Ты же не дал на новую.

– Да, слабоватенько будет… может не прощупать.

– А нырять ночью, что ли, будем?

– Да можно и днем, как выйдет…

– Мазик. Сейчас май месяц. Пацаны тебя материть будут…

– Мне-то что до этого? Они посуточно по рублю имеют, а за спа-ванны с гидромассажем ещё полрубля накидываю.

– А девушки?

– А девушки будут здесь копать, и ты вместе с ними. Но так… не усердно… спокойно… разрой, что захочешь, и баста!

Аня медленно, как в трансе, отошла в сторону и посмотрела, как Матвей и Жора мастерят уже вторую палатку.

Катя, тем временем, раскладывала вещи и разбирала очередной рюкзак. Звягинцева подошла и принялась помогать Матвею, натягивать канат к креплению, что вызвало у ребят воодушевление и даже радость.

– Матвей, а что такое «закладуха»?

– О-о-о, Анька! Это великая вещь! А где её будут искать?

– Не знаю… – девушка не хотела пугать своего друга сообщением, что придется нырять в холодную реку вниз по течению, – просто услышала.

А здесь что будут рыть?

– Ничего, тут теперь только кости.

– И ничего не найти?

– Может, только череп какой-нибудь отыщешь, тут их ещё полно. – Весело ответил Матвей и, взяв топорик, начал забивать колышек.

Потянулись рабочие дни. Екатерина Сергеевна сама никогда ничего не копала, но была ответственной за очаг, питание и порядок в лагере.