Корона Рико-Сантарио

В такие моменты она буквально уговаривала себя, что их дружба должна оставаться дружбой, но каждый раз горькая нотка разочарования колола где-то в области груди.

Они дружили много лет, и Вайолет не могла назвать точного момента, когда их студенческая дружба стала больше походить на флирт, а грань между простыми диалогами и соблазнением все больше стиралась. Ей нравился Даниэль, хотя признаться в этом даже самой себе она не решалась, так же, как и отказывалась признать, что причиной ее меланхолии, длиною в месяц, этой зимой стала вовсе не серость и не холод за окном, а появление у Даниэля девушки.

Таких игривых моментов между ними становилось все меньше, и то, что произошло сейчас, становилось редким исключением.

«В следующий раз я не буду переводить это в шутку, и будь что будет. Надеюсь, что будет», – подумала она про себя и спросила:

– Пойдем?

В их излюбленном кафе как всегда было тихо. Воздух был наполнен запахом горячих сконов и терпкого кофе, а сквозь открытые окна гулял теплый морской бриз, периодически ласково взъерошивающий волосы посетителей.

Из небольшого приемника, расположившегося на барной стойке, слышались почти невесомые, еле уловимые переливы гитары. Вайолет на секунду остановилась, наслаждаясь атмосферой заведения. Ветерок, будто встречавший гостей вместе с работниками кафе, чуть тронул прядь на ее челке и улетел прочь.

Заняв место возле окна, и уютно расположившись в плетеном кресле цвета венге, она почувствовала себя как дома – в этом кафе время будто растворялось.

Их тут знал весь персонал, включая повара. Еще на первом курсе она приходила сюда после занятий и писала первые работы по политологии. На втором курсе к ней присоединился Даниэль, и сидя в этих креслах, они могли часами обсуждать мировую политику и исторические события.

– Влюбленные будут как обычно? – с хитрой улыбкой спросил официант.

– Друзья, – моментально поправила его Вайолет, и сама же себя мысленно за это отругала. – Мы будем как обычно, и молодому человеку мороженое.

Даниэль слегка нахмурил брови.

– Мне…

– Ему банановое с вишневым топпингом, – Вайолет посмотрела на спутника и немного подняла брови, желая всем видом продемонстрировать, как хорошо она осведомлена о вкусах друга, но заметив выражение лица Даниэля, осеклась.

Он мимолетно взглянул на нее исподлобья, что-то проговорив одними губами. Это не было на него похоже – заставить его сердиться, было непостижимой задачей. По крайней мере, до этого момента.