Ящик Скиннера

Учитель Чжоу незаметно подошел и встал у него за спиной. Теперь они вдвоем смотрели на фотографию.

Фан Му оглянулся на дверь и тихонько спросил:

– Сколько… сколько ему было лет?

– Восемь.

– Болезнь?

– Нет. Самоубийство.

Фан Му был потрясен.

– Самоубийство?

Учитель Чжоу медленно кивнул, не сводя глаз со снимка. Потом тяжело вздохнул и достал из ящика комода новые благовонные палочки. Поджег их, поднеся к лампадке, и воткнул в курильницу. Дым, успевший немного развеяться, снова окутал комнату.

* * *

Ближе к вечеру учитель Чжоу опять попытался уговорить Фан Му остаться на ужин. На этот раз юноша не стал отказываться – даже вызвался помочь сестре Чжао чистить картошку. Поначалу та смутилась и не позволила, но он настоял. Правда, после трех картофелин сестра Чжао запретила ему продолжать.

– Вы срезаете столько картошки, что хватит еще на один ужин!

Фан Му не осталось другого выбора, кроме как переключиться на другую работу, чисто техническую, – мыть картофелины.

– Кстати, а почему вы так часто едите картошку? – Фан Му по одной кидал вымытые картофелины в раковину, и дно уже было покрыто ими в два слоя.

– Просто она самая дешевая. – Сестра Чжао собрала волосы руками в хвост. – Старый Чжоу купил большой участок земли под приют, и теперь мы на грани банкротства. Благотворительных пожертвований поступает мало, а регулярной денежной помощи – ну, как от вас, – и того меньше. С таким количеством детей, которых надо одевать, учить и лечить, приходится экономить буквально на всем, понимаете?

– Да, конечно.

 – Юноша кивнул. – Наверное, учителю Чжоу приходится нелегко… – Он обвел кухню глазами и шепнул сестре Чжао на ухо: – И почему я никогда не вижу здесь его жену?

– О, я тоже спрашивала его! Старый хитрец никогда не был женат; всю жизнь прожил холостяком.

– Что? – Фан Му невольно проникся восхищением. – Значит, он посвятил себя целиком этим детям?

– Да, он удивительный человек!

Она выглянула во двор.

Учитель Чжоу сидел на корточках посреди цветочной клумбы. Перед ним стояла маленькая девочка и горько плакала, прижав к щекам кулачки. Учитель Чжоу гладил ее по голове и говорил что-то утешительное, а малышка кивала ему в ответ.

– Он умеет наставить других на правильный путь. С какой проблемой к нему не приди, на душе становится легче. – Сестра Чжао повернулась обратно; голос ее стал мягче.