Ящик Скиннера

 – Были времена, когда я пил «Улянъэ» как воду, абсолютно не ценя ее вкус… – повертел рюмку в пальцах. – Теперь у меня редко выдается такая возможность, и я стараюсь всякий раз насладиться этой мягкостью. Кажется, лучшее в послевкусии – это момент, когда оно исчезает.

Сестра Чжао усмехнулась с набитым ртом.

– Наверное, вы не ценили ее так, когда у вас была куча денег, правда?

– Правда, – подтвердил учитель Чжоу с улыбкой. Поставив рюмку на стол, поднял глаза к потолку. – Сейчас, вспоминая об этом, я думаю, что был ужасным мотом.

– Дедушка Чжоу! – Маленький мальчик вытащил из своей чашки с супом кусок мяса и теперь заталкивал его в рот. – А вы были очень богаты?

– Да, очень.

– Сколько у вас было денег?

Учитель Чжоу рассмеялся и раскинул в стороны руки.

– Вот столько.

– А вы когда-нибудь летали на самолете? – спросил другой ребенок, девочка.

– Конечно, летал.

– Здорово было?

– Здорово. Но в первый раз, когда я оказался в самолете, то перепугался до полусмерти.

Такой огромный, весь из стали – и вдруг он вздрагивает, разгоняется и взлетает в воздух! Помню, я подумал тогда: если эта штука упадет, мне крышка.

Дети захихикали.

– Значит, вы и за границей были? – спросила еще одна девчушка.

– Да, был.

– И в Америке?

– И в Америке.

– В Америке хорошо? Учительница в школе говорила, что очень хорошо.

– Это правда, там хорошо. Но я предпочитаю нашу страну.

– Почему?

– Потому что вы, дорогие мои, здесь, а не в Америке!

Учитель Чжоу нажал указательным пальцем на носик девочки.

Она наморщила переносицу и засмеялась.

– Расскажите про заграницу, дедушка Чжоу!

– А что рассказывать? Заграница как заграница.

– Расскажите… Расскажите… – начали распевать в унисон дети.

Под направленными на него взглядами десятка пар глаз учитель Чжоу смягчился:

– Ну ладно. Расскажу вам про университет, где был студентом. Он называется Гарвард – это один из лучших университетов в мире.

В мое время мы занимались в большущем белом замке, самом высоком здании в округе…

Дети слушали его с широко распахнутыми глазами, и внимательнее всех – Ляо Яфан. Она даже забыла о ребенке, которого держала на руках, и перестала вливать ему в рот суп. Лицо ее порозовело, а в глазах появилось мечтательное выражение с примесью легкой зависти.

Фан Му подумал, что она уже совсем взрослая и все понимает.