Дорогая Эмми Блю

Но с того самого первого сообщения Лукас начал мне в этом помогать. Поддерживал каждое моё решение, каждый крошечный шаг, как будто он был огромным рывком вперёд. Мои глаза жгли слёзы. Я знала – так знаешь, только если всю свою ответственность перекладываешь на интуицию – что должна радоваться шагу Лукаса, этому гигантскому прыжку, как бы больно мне ни было. Это мой долг. Долг лучшей подруги.

Я держу в руке диск. Снова просматриваю список треков, прежде чем закрыть глаза.

CD-диск № 1

Дорогая Воздушная Девочка,

Трек 1.

Трек 2. Потому что твой вкус по части бой-бэндов оставляет желать лучшего

Трек 3. Потому что твоя фамилия – Блю

Трек 4. Потому что ты ешь только яичницу и картошку

Трек 5. Потому что я всегда буду рядом

Воздушный Мальчик.

x[9 - «X» в конце английских писем является частью своеобразного неформального этикета и означает поцелуй. Один крестик ставят в письме как знак симпатии, два ставят друзьям, три – возлюбленным.

Глава четвёртая

Со столиком посредине внутренний дворик семьи Моро в тени навеса напоминает безупречный интерьер из журнала House and Garden. На накрахмаленной белой скатерти расставлены блюда с тёплой золотистой выпечкой и пирожными, тарелки с рубиново-красной клубникой и влажной черникой и, конечно же, по традиции – два праздничных торта, которые гордо высятся по обоим концам стола. Один торт – для Лукаса. Второй – для меня. У обоих, как обычно, своя история.

– Я понимаю, что чёрный торт смотрелся бы не очень, – Аманда улыбается и поправляет башню круассанов, чтобы она была идеальной, как в «Дженге[10 - Настольная игра. Игроки по очереди достают деревянные блоки из основания башни и кладут их наверх, делая башню всё выше и неустойчивее.]», – но всё, о чём я сейчас слышу от Лукаса, так это новый кожаный салон его авто, и я подумала – если бы я могла делать помадку, испекла бы машину. Ну, знаете, машину из взбитого теста…

– Нет, нет, – мурлычет Жан, разглядывая свой эспрессо из-под очков.

Аманда закатывает глаза, но улыбается. Её тонкие губы, как всегда, накрашены перламутровой розовой помадой.

– Ну, может, сделаю на следующий год, – говорит она. – Может, я сделаю так удачно, что вы увидите – это не просто…

– Торт цвета гуталина, – Лукас хохочет.

– И не воплощение твоей души, – добавляю я.