Бездна

Более совестливый Артём, которому доводилось бывать в аналогичной ситуации, забеспокоился, глядя на троицу напротив:

– А как же вы? Вам ведь тоже надо вернуться… Даже не знаю, чем мы можем помочь, – парень чувствовал себя виноватым (и всё из-за дурацких шуточек нефора!) и испытывал явное смущение. – А хотите с нами? Здесь недалеко. Потом что-нибудь придумаем.

Альберт довольно потянулся, как сытый кот, и озарил его торжествующей улыбкой победителя:

– Да мы, собственно, и так дома, – картинным жестом обвёл поляну, и закончил: – А вам, я думаю, туда теперь уже не попасть.

Романтики рыбалки и ночных приключений от такого заявления совсем опешили, из открытых ртов не вылетело ни звука. Колян шлёпнулся на бревно и, заикаясь, выдавил:

– Ч-чего?

Художник невозмутимо констатировал:

– Ночь сократилась вдвое. Разве вы не заметили?

Глава 3

Доноры и реципиенты

Солнце с непривычным проворством прокладывало дорогу к зениту, обгоняя воображение одураченной компании островитян.

Сама же компания, нахохлившись, внимала объяснениям экскурсоводов. Ну да, как выяснилось, гости и хозяева поменялись местами. Причём чужие, явившись в параллельный мир, осознанно подводили старожилов к перемещению (в отличие от самих ребят, без задней мысли, под шуточки, обеспечивших гостям посадочную площадку), зная, чем оно им обернётся.

– А что же вы хотели? – с невинным видом разоблачал неосмотрительность гостеприимных знакомых Альберт. По его словам получалось, что он со своими дамами здесь совершенно ни при чём, молодые люди, пусть и непреднамеренно, сами накликали беду на свои головы.

 – Каждый из вас добровольно заглянул в зеркало, никто вас не неволил.

– Ну и что! – взревел нефор. – Мы по сто раз на дню в него заглядываем! И ничего! Про девчонок я вообще не говорю! Они его с собой носят, как ваша… мадам!

Художник и не подумал обидеться или рассердиться, его тон остался неизменно доброжелательным, снисходительным к чужой глупости:

– В своё зеркало – пожалуйста, на здоровье.

А это – из-за черты. Я доступно объясняю? – он с улыбкой оглядел озадаченные лица. – Оно отражает иной мир. И вы попали в его орбиту. Отразились в нём и стали ему принадлежать.

Колян прикусил язык. Откуда ему было знать такие тонкости! И ведь, действительно, никто его не заставлял. Сам петлю на шею накинул. Он трясущимися руками пригладил шевелюру, ненавидяще зыркая на безмятежного мэтра.