Салех

У него дочь больна, а вы его хотите уничтожить во всех линиях? Разве это принципы гуманизма, означенные в Салехе?

Саргех, смерив адвоката взглядом с головы до ног, спокойно ответил:

– Это не моё личное решение. Стражи рассмотрели все материалы, приняли во внимание все смягчающие обстоятельства и вынесли решение, основываясь на законе, а не на личном, человеческом предубеждении. И вам ли не знать, что обвинять кого-либо в принятии решения просто глупо? Да, ваш подзащитный желал создать трансформатор, вытащить из параллельной линии усопшую супругу и, возможно, дочь, если ту постигла бы та же участь.

Но разве вы не в курсе, как это бы повлияло на Салех? Да что там Салех. Весь мир. Если каждый начнёт таскать туда и сюда угодных, и оставлять где-то подальше неугодных, что тогда начнётся? Нам придётся полностью опустить периметр и никогда не поднимать его. Но барьер имеет побочные эффекты. Он хорош для временной защиты. Во всех смыслах этого слова. Но если он будет постоянным, мы просто застынем под ним навсегда. Салех будет статичен. И всё это – из-за, как вы выразились, «романтической глупости» одного человека?

– Всего одного, – зло махнул рукой адвокат.

– А вот этого никто не знает. И не может определённо сказать, что это не повторится в будущем, – сухо ответил Саргех.

– Завтра Говарда отсекут от всех линий времени, а затем выдворят из нашего потока в неизвестность, и он может оказаться где угодно. Возможно, даже в могиле, – горячо сказал адвокат, – и я хочу, чтобы вы знали это.

Знали и жили с этим. Рэнфри сильно повезёт, окажись он где-то, где он ещё не древний старик, не при смерти и вообще жив.

С этими словами адвокат, так и оставшийся для Нимы безымянным, круто развернулся на каблуках и пропал из вида. Судья остался стоять на месте, глядя ему вслед.

– Благодарю за информацию, – запоздало сказал он, – но я сделал всё, что мог.

Рядом с Саргехом появились ещё несколько судей. Они были в таких же светлых френчах и светло-серых форменных брюках. У каждого на левом плече поблёскивало изображение золотистой спирали времени, как символа течения бесконечности, в которой люди занимают только неопределённую точку в движении.

Коллеги Саргеха вышли из здания суда, оказавшись на улице рядом. По широкой мостовой катили странные машины яйцевидной формы, их дрожащие шерстяные щупальца перебирали воздух над крышей транспортного средства, черпая энергию из него, преобразовывая локальные магнитные поля в токи энергии для двигателя.