Путь рыцаря. Роман

Гай, поморщившись, сел в постели. Чистое белье и светлые занавески на окнах свидетельствовали, что он находится в богатом доме, а не где-нибудь в трактире. Значит, тот лысый, которому он помог, все-таки оказался порядочным человеком и не бросил его на улице. В противном случае, вряд ли Гай все еще был бы жив. Поврежденный бок саднило. Юноша поднял рубашку и увидел повязку на ребрах, пропитавшуюся красным. В это время отворилась дверь, и в комнату вошел лекарь со своим чемоданчиком, а следом – вчерашний знакомец.

Гай вопросительно смотрел на них. Лекарь стал раскладывать свои инструменты на столике у окна, а лорд, обретший все свое природное жизнелюбие, радостно потирал руки, сверкая улыбкой.

– Ну что ж, я рад, что ты уже пришел в себя! Я немало потрудился вчера, чтобы доставить тебя сюда, – он с удовольствием оглядел фигуру сидящего на постели юноши. – Вон какой здоровый!

Он радостно засмеялся, продемонстрировав прекрасные зубы. Лорду было лет сорок, и при свете дня стало видно, что он не столько толст, сколько крепок, и вероятно, вполне способен постоять за себя.

Крепкие ножки, обутые в сапоги из дорогой кожи, были уверенно расставлены, короткопалые руки с унизанными перстнями пальцами сплетены на округлом животе, лицо лучилось радушием, и только глаза оставались холодными и проницательными. Гай кивнул и прочистил горло.

– Что со мной?

Лорд развел руками.

– Ну, этого следовало ожидать, если кидаешься в драку ночью, на незнакомой улице. Верно?

– Чего ожидать? Удара? – не понимал Гай.

Лекарь подошел к нему, бесцеремонно толкнул на подушку и начал срезать повязку.

– Конечно, – еще шире улыбнулся лорд. – Это было подлое оружие, подлое! Но ты везучий. Лезвие скользнуло по ребрам, а ребра у тебя крепкие.

Гай поморщился. Он даже не заметил, что его ударили ножом. Хорош рыцарь! Тут он охнул и рванулся, чтобы сесть, но рука лекаря оказалась жесткой и сильной.

– Я же должен сегодня быть у начальника гарнизона! – воскликнул юноша в отчаянии. – Пустите меня!

Лорд перестал улыбаться и заинтересованно подошел ближе.

– Успокойся. Твое «сегодня» прошло еще позавчера.

– Что это значит? – нахмурился Гай.

– Это значит, что ты два с лишним дня был без сознания, – он сочувственно покачал головой и удивленно поднял брови. – Да и что ты там забыл?

Гай так расстроился, что перестал сопротивляться, и теперь послушно лежал, позволяя лекарю обработать рану и сменить повязку.

– Я хотел служить короне.