В погоне за драконом

От этого становилось грустно еще и потому что… я поймала себя на странном чувстве. Общение с Рейнольдом, наша с ним скрытая игра были самым интересным в моей жизни за последние восемь лет. И мне начало не хватать ее.

Кошмар… Охотница поймалась в свою же ловушку. В какой-то момент – в буквальном смысле.

В свои апартаменты на родине я вернулась злая, в растрепанных чувствах. Хотела сразу отправиться в тайную комнату – вдруг среди древних фолиантов нашего ордена я найду что-нибудь о том, как выследить дракона, который научился обезвреживать ловушки?

Заснуть в таком состоянии я все равно не смогу.

Но меня остановила моя горничная Мила, которая как раз закончила свою работу.

– Кира Вячеславовна, – сказала она. – Взгляните, для вас букет… Я поставила в гостиной.

Хм… Кто-то из деловых партнеров? Или Олег Меньшов не оставил надежд завоевать мое сердце?

Даже не переобувшись (то есть под недовольным взглядом Милы), стуча каблуками, я прошла в гостиную.

Там на столе стоял пышный букет… синих роз.

А синих роз, как известно, не бывает.

Я подошла, надела перчатку (на всякий случай) и потрогала лепесток. Не краска. Сканирование материала магией показывало, что цветы заставили поменять цвет магическим путем.

И я не знала ни одного мага в нашем мире, способного на это.

«Ты ж паразит чешуйчатый!» – подумала я.

В центре букета, разумеется, красовалась записка:

«Просто знак внимания и уважения упорной даме».

Почерк я узнала…

Ага, а еще гад дал мне понять, что уже знает, где я живу. Я же понятия не имею, где его искать!

Игра идет по его правилам. А мне только и остается, что принимать букеты.

Хотя…

* * *

Хотя…

Сдаваться рано. У меня есть букет, который подарил дракон. Конечно, он подчистил энергетику так, чтобы я не могла найти его по «слепку».

Но есть и другие способы, о которых он наверняка не имеет никакого представления!

Поэтому на следующий день, разобравшись с делами, я выехала загород.

Дорога заняла полтора часа – сначала пробка на выезде из города, потом приятная езда по трассе. К восьми вечера я добралась до поселка, где жила баба Люба.

Эта старушенция была ведьмой. Ну или знахаркой – тут кому как больше нравится. Мы с Семеном предпочитала называть ее ведьмой.