Золушка из подземелья

Он действительно «купит» меня? Я уеду отсюда? На десять лет буду отрезана от Мендера и его ада? Что потом – неважно. Лишь бы вырваться отсюда!

А что там сделает со мной новый хозяин… Наверняка я смогу это терпеть.

– Если желаешь, Анна, мы можем заключить такое соглашение с тобой и этим Домом отдыха. Постарайся решить прямо сейчас, я не хотел бы задерживаться надолго в этом месте… – охватывающий меня туман пробил его резкий голос, и мир вдруг заиграл красками, а взгляд уткнулся в яркие чистые глаза.

– Я буду очень рада, Корвин. Я согласна… – ответила я и услышала свой голос как будто издалека.

– Хорошо, – Корвин неожиданно улыбнулся, поднялся и галантно протянул мне руку. Видимо, его вежливость распространялась и на таких, как я… И словно мы уже закончили обед. – Тебе следует собраться, завтра выезжаем.

***

Выйдя в коридор, я увидела Мендера. Вероятно, он так и стоял тут, ожидая, чем закончится обед. Он схватил меня за локоть и внимательно посмотрел в лицо.

– Ну что? – зло спросил он.

А когда он видел у меня довольный вид? Чем мне быть довольной? Внутри пронесся неожиданный протест. Неожиданный, потому что я давно не осмеливалась протестовать. После того как я пыталась бежать, но Мендер остановил меня и навсегда «объяснил», кто я такая, его почти не осталось. Протестовать нельзя, я выучила это назубок. Хочешь жить – принимай все, как есть. И сохраняй себя внутри, не пускай окружающее в душу.

– Нет, Мендер, – ответила я. – Клиент хочет заключить сделку. Просил тебя подойти в комнату.

Мендер выдохнул и отпустил мой локоть, облегченно прислонился к стене.

– Молодец, девочка… – прошептал он. – Так и знал, что этот сноб на тебя клюнет. Иди! – жестче добавил он. – Жди меня в кабинете!

Не чуя под собой ног, я пошла по коридору.

Разве такое может быть? Я уеду отсюда?! Мендер, Алисия, клиенты и знание, что рядом под землей есть самое страшное место на свете, будут где-то далеко? Останутся за спиной… В это не верилось.

В кабинете Мендера я даже не присела. Ходила из угла в угол, подходила к окну и смотрела вниз – на черную машину нового «хозяина». Душу разрывало от противоречий.

С одной стороны – непривычная эйфория. Радость того, кто выходит из заточения на свободу. Хоть я и понимала, что предстоящее мне – далеко не свобода.