Жемчужина гарема

Так же важно, как выторговать у отца право находиться в домике до приезда жениха…

Только вот сил думать уже не было…

Я в последний раз поднялась. Это было сложно, голова кружилась, меня пошатывало.

Сейчас бы ванну… горячую. Задремать в ней. И чтобы потом кто-нибудь сильный и заботливый поднял меня на руки и отнес в постель… Мечты. Сейчас все наоборот – ты должна позаботиться о чужой жизни.

Мужчина спал. Казалось, все тревоги оставили его. Лицо разгладилось. Стало юношески чистым. Удивительно для зрелого мужчины.

И моя неприязнь ушла, оставив место чувству, похожему на нежность.

Я не выдержала и провела ладонью по смуглой щеке.

Ох… зря я это сделала!

Рука незнакомца дернулась и быстро накрыла мою руку у себя на щеке, прижимая к ней.

Словно не желал меня отпускать. Это было… неожиданно приятно. Моя кисть оказалась зажата между горячей ладонью и горячей щекой. И это было как-то так… надежно. Удивительно надежно.

Какой же ты окажешься, когда очнешься?! Может быть, мне стоит рассчитывать на тебя, а не строить опасные планы о побеге к тетке?! Может быть, ты тот, кто взял бы меня на руки после ванны…

Стоп! Аленор, остановись!

Словно отвечая на мои мысли, мужчина еще крепче прижал мою ладонь к своей щеке.

Так что не вырваться.

А мне вдруг стало смешно.

– Ну, поспать-то ты мне сегодня дашь!? – рассмеялась я. – Право слово, вон какой большой и тяжелый, а как маленький ребенок!?

Не знаю, услышал ли он, понял ли, но рука неохотно отпустила мою.

Впрочем, мне ведь тоже не хотелось, чтобы отпускал. Просто нужно поспать…

Бросила последний взгляд на незнакомца и отошла к дивану. С него хорошо видно раненого. Если что, я проснусь… И свалилась, как подкошенная.

Как заснула – не помню. Помню лишь, что на границе сна я наконец подумала о самом главном…

Отец продал меня герцогу Виньялли. Почему? Что заставило его?! Это должно быть нечто ужасное, экстраординарное…

Ведь мой отец – не чудовище и не негодяй. Он человек чести.

Он холоден, но благороден. И он любит меня… Знаю, что любит. Причем больше, чем сестер. Ведь я была подле него все эти годы, он не отослал меня ни в пансион, ни в столицу. Отец очень любит меня…

И он не совершил бы подобного, если бы для этого не было серьезных и страшных причин.

С этим осознанием я улетела куда-то в ночь…

* * *

Утром все видится в ином свете. Просыпаешься и как будто трезвеешь. Так и я сначала не сразу поняла, где нахожусь.