Саниэлла. Обещанная тьме

Думаешь, во мне осталась хоть капля сострадания? – оказавшись возле мужчины, Ярина хватает его за подбородок и задирает голову вверх. – Не будь так наивен и глуп. Во мне нет жалости. Я никого не пощажу. В том числе и тебя. И в особенности Мориса. Я заставлю твоего друга смотреть, как будут умирать его жена и сын.

– У него не было выхода… Ты первой отказалась от него, решившись на убийства.

– Нет. Я не отказывалась от него. Это он отвернулся от меня. Трус! Побоялся пойти против короля. Ну ничего, очень скоро он ответит за это.

И ты тоже ответишь, Рафаэль. Ответишь за то, что предал нашу дружбу.

– Ты безумна, – шепчет потрескавшимися губами светлый маг.

– Да. И я утоплю всех вас в своем безумии… – касаясь губами губ пленника в невесомом поцелуе, дает обещание Ярина, после чего, выпрямившись, уходит.

Глава 7

Травология, несомненно, важный предмет. Но до чего нудный, хоть вой от скуки. Даже воодушевлённая, полная энтузиазма вложить в юные головы побольше знаний речь магистра Фьер звучащая в начале каждого занятия не меняет радикально унылой картины.

Стоящий передо мной куст хворьки ярко-красной, казалось, думал так же. У бедного кустика даже листики повисли от грусти.

А может, от того, что я уже в третий раз опрыскиваю его не тем составом?

Ну что поделать, если я никак не могу вспомнить, какой именно состав должен защитить сладкую на вкус хворьку от вредителей. А спрашивать у магистра опасаюсь.

Это с виду магистр Фьер такая хрупкая нежная дама.

Но стоит только её рассердить, как это очаровательное создание превращается в свирепую гарпию, готовую отгрызть голову нерадивым студентам, посмевшим навредить редчайшим растениям.

А хворька, между прочим, очень редкий куст. Так что мои опасения вполне обоснованы.

– Ну что, кустик, проверим этот состав? – тихо обращаюсь к растению. И, мысленно вознеся молитву, начинаю опрыскивать куст.

Спустя минуту, когда листья хворьки ярко-красной приобретают ядовито-желтый цвет, испуганно икаю и в страхе оглядываюсь по сторонам.

Я, конечно, обладаю уникальной разрушительной силой, но магистра Фьер боюсь так же, как и остальные.

Причем магистр Фьер единственный магистр, который до сих пор вызывает во мне разумное опасение на грани страха.

– Саниэлла! Что ты сделала? – словно из-под земли за моей спиной появляется магистр Фьер и, узрев, что я сделала с бедным кустом, решительно отодвигает меня в сторону.