Всё ещё люблю

Не знаю. Но от них в мою сторону не было брошено не одного неприязненного взгляда. Лишь в самом начале, как я зашла в кабинет, они с любопытством осмотрели меня с ног до головы.

А вот близкий друг Егора, не стесняясь, разглядывал меня сальным раздевающим взглядом, от которого я чувствовала себя грязной. Уверена, если бы мы были одни, он бы обязательно отвесил какой-нибудь пошлый комплимент. Это в его духе.

Когда был жив Егор, Матвей позволял себе только смотреть на меня, опасаясь гнева друга. А сейчас мне стоит быть готовой, что он перейдет к активным действиям.

Он дружил с моим мужем, поэтому априори не может быть хорошим человеком. К тому же я вообще сомневаюсь, что когда-нибудь захочу снова выйти замуж или начать серьезные отношения. Нет, спасибо. Я накушалась дерьма под названием «брак» и больше не хочу.

Безразличным взглядом провожу по мужчине и сосредотачиваюсь на поверенном, что, вскрыв конверт, достает оттуда завещание моего покойного мужа.

Дальше Владлен Артакович нудно и долго начинает зачитывать последнюю волю Егора. Я особо не вслушиваюсь, что и кому муж завещал, лишь краем сознания отмечаю, что любовницам он оставил по пять тысяч долларов. По мне, так маловато. Они почти год ублажали его, а он их так обломал.

Жмот ты редкостный, Егорушка. Хотя чего я удивляюсь, собственно? Это в его духе. Поманить и обломать.

Судя по кислым лицам дамочек, они были со мной солидарны в том, что покойный оказался той еще сволочью.

Ничего, девочки, не печальтесь, скоро поймете, что вас он оценил куда выше собственной жены. Мне-то однозначно ничего не перепадет.

Расстраиваюсь ли я по этому поводу? Нет. Не расстраиваюсь. Просто неприятно от всего происходящего. И мне не хочется, чтобы на меня смотрели с жалостью и недоумением, когда выяснится, что Егор любимой жене не оставил даже доллара.

Ну ничего, переживу. Главное, всё наконец закончится, и я смогу забыть о жизни с ним как о самом страшном и долгом сне.

Приоткрыв сумку, нащупываю телефон и смотрю на экран. Прошло уже пятнадцать минут. Звонков от няни Дани нет. Родители тоже не звонили. Эх… Даже отвлечься не на что. Я скоро усну от монотонного голоса поверенного.

– Этого не может быть! Егор обещал разделить свой пакет акций между нами! – вскакивая с места, выкрикивает мужчина с прилично выпирающим животом в дорогом костюме. Один из акционеров, догадываюсь я.