Всё ещё люблю

И, если позволите, я хотел бы дать вам совет.

– Конечно. Я слушаю, – охотно соглашаюсь.

– Поговорите с Давидом Рустамовичем и заручитесь его поддержкой. Он серьезный и честный мужчина. Он сможет помочь вам устранить пробелы в ваших знаниях и поможет на первых порах при вступлении в должность.

Кто такой Давид Рустамович? Пытаюсь вспомнить, знакома ли я с ним, но никого с таким именем не припоминаю.

Поняв, что я понятия не имею, о ком идет речь, теперь уже мой поверенный поясняет.

– Давид Рустамович – один из акционеров корпорации вашего мужа.

Он присутствовал сегодня здесь.

– Он последним выходил? – догадываюсь я, кто именно из двух акционеров тот самый Давид Рустамович.

– Да.

Это хорошо. Он произвел на меня куда лучшее впечатление, чем его компаньон.

– Думаете, он согласится мне помочь? – с сомнением спрашиваю я.

– Это в его интересах. Уверен, вы сможете с ним договориться. Давид Рустамович немало средств вложил в дело вашего супруга, так что он очень заинтересован в успешной работе корпорации.

Поговорите с ним, и чем быстрее, тем лучше.

Не верить Владлену Артаковичу повода нет, поэтому я решаю прислушаться к его словам и поговорить с мужчиной.

– Спасибо за совет. Думаю, я им воспользуюсь незамедлительно.

Взяв номер телефона Давида Рустамовича Калиева, прощаюсь с поверенным и покидаю его кабинет.

Выйдя на улицу, сразу замечаю ярко-красную спортивную машину Матвея. Прежде чем друг Егора успевает вылезти из нее и перехватить меня для разговора, преодолеваю расстояние и сажусь в свою машину.

Андрей сразу трогается с места, не оставляя и шанса Матвею втянуть меня в бессмысленный и нежеланный разговор.

Конечно, Матвей так просто не отстанет от меня, он довольно упрям и настойчив. Но передышка мне сейчас не помешает. Слишком многое мне предстоит обдумать и сделать.

Глава 10

Последующие два с половиной месяца выдаются тяжелыми. Я практически не нахожусь дома и не вижусь с сыном. Для меня это непросто, я привыкла быть всегда рядом с Даней.

А теперь, из-за занятости, не могу проводить с ним столько времени, сколько бы мне хотелось.

Даня в свои еще детские годы отнесся с пониманием к маминому отсутствию. Он знал, что я работаю, и хоть скучал по мне, вел себя замечательно.

Да и вообще, после смерти Егора наш сын стал более спокойным.

Причиной моей занятости послужило требование покойного мужа. Заручившись, по совету поверенного, помощью Давида Рустамовича, я начала действовать.