Взрывоопасные чувства

Но вот только не слишком ли это?

– Может, что-то другое?

– Тебе жалко её, что ли? – подруга даже тормозит от возмущения. – Это меньшее, что она заслужила! Сколько она тебе нервов потрепала. Даже не смей её жалеть. Такие, как она, слов не понимают. Её нужно воспитывать её же методами. Ленка над своей внешностью и волосами трясется, как наркоман при виде дозы. Походит денек-другой с синими волосами, так, может, поумнеет.

Ответить подруге не успеваю, так как чувствую на себе тяжелый взгляд. Волков, сразу понимаю я.

На интуитивном уровне определяю. И поэтому, когда встречаюсь с ним взглядом, не выказываю удивления.

– Да что ж такое. Специально, что ли, караулили? – заметно понизив голос, бурчит Карина, в то время как мы с Кириллом меряемся взглядами.

Я не выдерживаю первой. Отвожу глаза, сосредоточившись на дороге.

Когда мы проходим мимо парней, воздух словно трещит от напряжения, по крайней мере, мне так кажется. Я даже задерживаю дыхание и напряженно жду, что Кирилл сейчас скажет что-нибудь в мой адрес.

Но он молчит. Просто смотрит нечитаемым пристальным взглядом и молчит. И дружки его тоже молчат. Что вообще заставляет теряться в догадках по поводу происходящего.

Только оказавшись в машине, понимаю, как сильно была напряжена.

– Фу-у-х… – выдыхает рядом со мной Карина. – Лучше бы что-нибудь сказали, и то эффект меньше был бы.

Согласно киваю.

Говорила же, Волков одним взглядом может заставить нервничать. Ему и слова не нужны.

– Поехали отсюда, пока они не решили пообщаться с нами, – говорит подруга, заводя машину.

По дороге домой мы с Кариной обсуждаем открытие нового клуба, запланированное на эту пятницу. Подруга уговаривает сходить. Не сразу, но я соглашаюсь. Мне и самой интересно, что там за модный клуб, о котором уже судачит почти весь универ.

– Завтра с ночевкой у меня, не забудь, – напоминает Карина о нашей договоренности, прежде чем я закрываю дверь машины.

– Хорошо, – отвечаю и, аккуратно закрыв дверь, направляюсь к дому.

С порога, ощутив вкусные запахи, понимаю, что мама освободилась пораньше и решила побаловать нас с отцом домашней едой.

– Дашуль, это ты? – из кухни раздается голос родительницы.

– Я! – кричу в ответ и через пару секунд оказываюсь на кухне, где у плиты суетится мама.

– Уже почти все готово. Переодевайся, мой руки, и за стол, – улыбнувшись в знак приветствия, командует она.

– Я скоро, – чмокнув её в щеку, говорю и убегаю к себе.